ЛИННИК Юрий Владимирович (1944 - 2018),
профессор, доктор философских наук, поэт, натуралист, искусствовед, преподаватель Карельского педагогического университета

ОНЕЖСКИЕ ОБРЕТЕНИЯ (о работах А.Бодэ)
АРХЕТИПЫ КЕНОЗЕРЬЯ
РУССКИЙ СЕВЕР В ТВОРЧЕСТВЕ ИВАНА БИЛИБИНА


Ю.В.Линник


ЭТЮДЫ НА ТЕМЫ В. А. КРОХИНА

1. Признание

Владимир Анатольевич Крохин родился 26 октября 1924 г. Свою жизнь он посвятил изучению и реставрации памятников деревянного зодчества. Архитектор работал на всём пространстве Русского Севера. Но средоточием его деятельности стал музей-заповедник «Малые Корелы» под Архангельском. Здесь он дал новое бытие семи объектам. Среди них два шедевра — это Вознесенская церковь из с.Кушереки (1669) и Георгиевская церковь из с.Вершины (1672).
село Кушерека
Реставрация В.А.Крохина
село Вершина
Реставрация В.А.Крохина
Владимир Анатольевич осуществил реставрацию Сретенской церкви в Заостровье (1688). Благодаря ему свой исконный облик обрела церковь Александра Свирского в Космозере (1769).

Обширен список памятников, чей обмер был осуществлён В.А.Крохиным — итогом этой работы стали впечатляющие, эстетически самоценные чертежи. За обмером часто следовал проект реставрации — увы, далеко не всегда находились средства для того, чтобы воплотить его в реальность. Но оставшееся на ватмане — тоже явление искусства. Обмеры, проекты, схемы пропорционального анализа: наработанное Владимиром Анатольевичем можно развернуть в интереснейшую выставку — она дала бы новый ключ к пониманию народной эстетики....
Владимир Анатольевич входил в самый что ни на есть непосредственный контакт с великими творениями. Он их прочувствовал и зрительно, и осязательно. Как бы хотелось взглянуть его глазами на Русский Север! Перед нами развернётся широчайшая панорама.

Вот суровая Мезень. И её приток Кимжа. Здесь В.А.Крохин обмерил Одигитриевскую церковь (1709) — сколь духоносен её шатёр на крещатой бочке!
А это Лявля на Северной Двине. Здесь была пристально изучена древнейшая Никольская церковь (1589). С этим ареалом связана и Никольская церковь в Патрикеевке (1746).
Впоследствии В.А.Крохин выдвинет гипотезу о влиянии северодвинской архитектурной школы на строителей Преображенской церкви в Кижах....
Однако продолжим наше путешествие.
Ансамбль в с.Макарьино
Фото В.А.Крохина

Река Онега. Плыть по ней — как раскрывать сказочный веер: удивительные храмы и ансамбли сменяют друг друга. Многие из них уже не существуют. Среди них с превеликой болью приходится назвать классический тройник в Макарьино (1695—1762). Как раз на время его обмера пришёлся ход сёмги по реке Кожа. Эта деталь не излишня. Тут есть своя поэзия: варить семужью уху — на фоне изумительного ансамбля.[памятник погиб].

Продолжим подъём по Онеге. Перед нами Пияла. Снова нашему взору предстаёт столь характерная для Онеги композиция из двух церквей и колокольни. Одна из церквей—Вознесенская (1651) — является шатровой. Владимира Анатольевича поразит её унисон с коломенским Вознесеньем! Белокаменное чудо — так говорят исторические свидетельства — строилось "на деревянное дело". Убежденность в первичности именно деревянного зодчества пройдёт красной нитью через многие теоретические труды В.А.Крохина. Рядом с Вознесенской церковью в Пияле ещё недавно высилась кубоватая Климентовская церковь (1685) (на снимке - слева). Она утрачена. Созвучье шатра и куба — дивное обретение Онеги. Вскоре оно с былинной мощью повторится в Турчасове. Почему-то турчасовский ансамбль (1786—1795) не попал под финансирование. Владимир Анатольевич хотел его обмерить за свой счёт. Не получилось! Это тем более досадно, что уникальная Благовещенская церковь (1795), зарифмовавшая в своей структуре два куба и шатёр, погибла.

Вернёмся в устье Онеги. И двинемся по берегу Белого моря на Запад. Вскоре наш путь пересечёт порожистая Куша. Здесь Владимир Анатольевич остановился надолго. Обмер, демонтаж, сборка в новом пространстве, сопровождавшаяся радикальной, но вместе с тем и предельно деликатной реставрацией памятника: на примере кушерецкого Вознесенья можно понять, что за этими техническими операциями стоит не только глубокое научное исследование, но и подлинно творческий процесс.
История церкви, претерпевшей ряд перестроек и поновлений, оказалась крайне сложной. Пробиться к её первоначальному облику было непросто.
Обмер кушерецкого Вознесенья сделал еще в 1880-е годы не кто иной, как сам Владимир Васильевич Суслов, первооткрыватель архитектуры Поморья и Поонежья. Его чертёж считается хрестоматийным. Как н замечательная фотография. Пред русской общественностью впервые предстали художнические обретения дальнего Севера. Это стало настоящим откровением.
В 1911 г. памятник был обмерен авторитетнейшей Археологической комиссией.
В 1958 г. сюда приехал В.А.Крохин. Через 13 лет он был поставлен перед необходимостью повторить обмер. В чем дело? Выяснилось, что между данными В.А.Суслова и Археологической комиссии имеются существенные противоречия — без их устранения нельзя было принять оптимальное решение о характере реставрационных работ. Тут завязывается интересная коллизия. Вот её суть:
— В.В.Суслов считает, что громоздкая трапезная и два её придела поставлены одновременно с четвериком;
— Археологнческая комиссия соглашается с тем, что церковь и трапезная были выполннены в одно время, однако пристройку приделов датирует 1825 г.

Ещё в 1958 г. В.А.Крохин показал: не только приделы, но и сама трапезная до 1825 г. не существовали. Столь неожиданный вывод требовал дополнительной проверки. Отсюда переобмер 1971 г. В.А.Крохин вновь убедительно доказывает: когда-то церковь была окружена изящной папертью — удалось обнаружить её следы. О наличии этой сушественнейшей детали свидетельствуют и архивные документы. На основе пропорционального анализа восстанавливается изначальный облик храма с трёхсторонней галереей. Церковь словно рождается заново. Смотришь на неё с западной стороны — и создаётся ощущение: четверик взмывает ввысь на лёгких и упругих, всё шире размётывающихся крыльях. Эти очертания веют свободой! В тисках поздней трапезной церковь выглядела весьма прозанчно. В.А.Крохин вернул ей поэтический дух.
...Реставрация кушерецкой церкви, осуществлённая В.А.Крохиным, имеет оппонентов. Это нормально. Удаление поздних элементов кому-то кажется спорным. Но я за первозданное! Это присуще В.А.Крохину: любовь к источному, изначальному. Вот его убеждение: чем древнее, тем вернее. Можно дискутировать по этому поводу. Но такова эвристика Владимира Анатольевича. Она его ни разу не подвела.

2. Северный пифагореизм

Эстетическая чуткость древних греков общеизвестна. Их реакция на красоту была интуитивной. Пифагор сделал попытку осмыслить её в точной количественной форме. Сейчас лира звучит гармонически. А теперь диссонирует — режет слух. Что стоит за этими различиями? Исследования Пифагора привели его к ошеломительному открытию. Благозвучье рождается тогда и только тогда, когда длины струн соотносятся как целые числа.
Закон целочисленных отношений положил начало математическому изучению природы.

Пропорции музыкальные — и пропорции архитектурные: неисповедимая связь между ними угадывалась давно. Но её очень трудно формализовать. Перед нами какая-то особая форма синестезии: архитектура воспринимается музыкально — тогда как музыка видится архитектурно.
Почему в основаниях красоты лежат именно простые числа?
....Однако гармония сфер — это квинты, кварты, тернии. То есть очень простые соотношения! Они фундаментальны. Их наглядное представление вполне доступно.
Это кварта: 4/3. Она звучит в композиции Троицкой церкви Елгомского погоста (1714).
А это большая терция: 5/4. Она организует архитектонику Преображенской церкви из села Спас Вежи (1628)(к сожалению и ее уже нет - М.З.)
Мы назвали два клетских храма. Их структуры прозрачны. Здесь нам явлена основополагающая элементарность.

Наши древние зодчие использовали сложную систему мер. В. А. Крохин прекрасно ориентируется в ней. Он гибко применяет её в каждом конкретном случае. Так, пифагорейский эффект в пияльской церкви Вознесенья проявится со всей четкостью, если мы используем косую сажень (2,16 м). По оси четверика она отложится ровно три раза.
При анализе Одигитриевской церкви из Кимжи мы обнаружим, что мера туг не 2,16, а 2,13 м. Что случилось с привычной косой саженью? Оказывается, Петр Первый укоротил её — во имя соответствия семи английским фугам. Консервативный Север в данном случае очень быстро отреагировал на петровские новации. В их основе лежит всё тот же пифагорейский дух. Наблюдения В.А.Крохина бесценны.

Давно отмечена исключительность Одигитриевского храма. Словно он держится особняком среди схожих по плану церквей. Какой вклад в его своеобразие внесла чуть изменённая мера?
Карельского зодчего-реставратора заворожила сделанная в 1972 г. археологическая находка. Это мерило новгородского зодчего. На нем отложена 1/21 часть прямой сажени (1,52 м), мерной сажени (1,76 м), половины великой сажени (1,24 м).
Выделенность числа 21 закономерна. Вот отношение диаметра к окружности: 21/66.
Исходя из этого числа, В.А.Крохин осуществил пропорциональный анализ глав Преображенской церкви в Кижах. Получен впечатляющий результат: 1 ярус — 17/21, 2 ярус — 16/21,  3 ярус — 21/21 (принято за единицу), 4 ярус— 15/21.
 Как тонко здесь инструментованы размеры! В.А.Крохин помогает нам понять музыку кижского Преображения.
Эстетический потенциал числа 21 открыли древние египтяне. Речь идёт о так называемом Птоломеевском каноне, который был выявлен учёной комиссией Наполеона Первого. В соответствии с его модулем человеческая фигура делилась на 21 часть. Г.Д.Гримм пишет: число 21 дает возможность наиболее близкого деления его целыми числами по золотому сечению....

Для эволюции северного деревянного зодчества характерно прогрессируюшее усиление высотности. Эту тенденцию В.А.Крохин очень изяшно выражает через геометрический алгоритм:
— вначале высота задавалась отношением квадрата к его диагонали;
— потом она перемахнула от диагонали квадрата к двум квадратам;
— наконец, мы видим, как вертикаль вырастает до двух диагоналей квадрата.
Сколь закономерная последовательность!
Числовая гармония соприсуща памятникам севернорусского деревянного зодчества. И тут возникает наисложнейшая дилемма:
—эта математика закладывалась имманентно — через бессознательную интуицию, которую можно назвать априорным чувством красоты?
— или имел место сознательный расчёт, требовавший соответствующих познаний?
....В.А.Крохин убеждён: северные плотники могли предварительно делать чертежи в натуральную величину — земля становилась для них гигантской чертёжной доской. Речь идёт не только о плане здания, который мало чем отличался бы от рабочей разметки, но и о фасадном построении. Это ли не удивительно? Представьте себе распластанную на кижском мысу проекцию будущего Преображения. Сфотографировать бы из хронолёта этот чертёж! Как считает В.А.Крохин, потом он мог переводиться в масштаб 1/32 или 1/64 .— но вначале делался один к одному. Так отрабатывалась безупречность пропорций.

…В.А.Крохин глубоко чувствует витальность, биологичность деревянного зодчества. Может, и тут спонтанно действует единый закон красоты? Человек продолжает природу. И многое наследует от неё. Но доопытное он обогащает практикой. И потому красота в его творениях достигает своего апофеоза.

3. Жизнь треугольника

Фр. Гофштадт издал в 1840 г. замечательную книгу "Готическая азбука". Там раскрыта символика основных геометрическнх фигур. Обратим внимание на трактовку равностороннего треугольника. Пифагорейцы видели в нём воплощение мудрости. Он ассоциировался с богиней Афиной. Христианство связало его с догматом Святой Троицы. Это имеет для нас первостепенное значение.
В пропорциональном анализе В.А.Крохина равносторонний треугольник играет важнейшую роль. О нём можно сказать так: это инвариант северного деревянного зодчества — её разнообразно используемый структурный принцип.
Я бы провёл такую мысль: равносторонний треугольник—своего рода геометрическая икона Святой Троицы. Зодчие Русского Севера оставили множество ее изводов. думается, именно эта фигура поможет нам понять своеобразие, присущее пропорциональному строю народной архитектуры — это её как бы генотипический признак: нечто изначально заложенное, врожаённое. И потому передающееся от поколения к поколению.
В семействе геометрических фигур имеются своего рода приоритеты. Среди эллиисов это круг. Среди прямоугольников — квадрат. А среди треугольников .— равносторонний треугольник.
Именно в равностороннем треугольнике известный теоретик архитектуры Г.Дегио видел ключевой алгоритм пропорциональности. Напомним о некоторых замечательных свойствах этой фигуры:
— вписанный в круг равносторонний треугольник разделит линию его окружности на три равные части;
— общий центр тяжести мы обнаруживаем у равностороннего треугольника и у вписанного в него — а равно и охватывающего его извне — круга;
— все стороны и углы здесь равны между собой;
— на какую сторону мы ни опрокинули бы равносторонний треугольник, но опущенный из его вершины перпендикуляр разделит основание пополам и пройдёт через центр тяжести — отсюда максимальная устойчивость данной фигуры.
В этих особенностях самого симметричного из всех треугольников и впрямь хочется усмотреть геометрическую параллель к догмату Святой Троицы. Её ипостаси равночестны — одна равна другой. Это тоже форма симметрии.
Почему именно в севернорусском зодчестве эта фигура получила предпочтение?
Если взять другие архитектурные каноны, то мы обнаружим, что там доминируют иные типы треугольников.

...У меня есть целая коллекция пропорциональных анализов Парфенона. Среди них самым убедительным я считаю исследование В.А.Крохина. В нём показано: фасад этого прекраснейшего здания построен на основе так называемого золотого треугольника.  Прославленная пропорция здесь проявляет себя в семействе треугольников.

Русские учёные иногда пишут об эллинском духе и Киева и Новгорода в пору их расцвета. Означает ли это прямую родственную связь нашего зодчества с греко-византийской традицией? Не отрицая определённых влияний, В.А.Крохин настаивает на его самобытности. Сопоставление пропорций здесь делается похожим на генетический анализ. Имеется ли наследственная — так сказать, кровная — связь между двумя канонами? В.А.Крохин говорит: нет.
…Методика В.А.Крохина помогает выявить пропорциональное единство севернорусской архитектуры. Она отлично проявила себя в изучении и шатровых, и кубоватых церквей. Читаем о кушерецком Вознесеньи: «Верх кокошника центральной главы расположен в уровне вершины равностороннего треугольника, построенного по размеру низа куба».
Храмы разных типов обнаруживают в системе своих пропорций интереснейшие параллелизмы. Это позволяет понять севернорусское деревянное зодчество как единое целое….

4. Народное зодчество и проблема двоеверия

Вопрос о происхождении основных форм народного зодчества — в частности, столь характерного для Русского Севера многоглавия — не имеет однозначного решения.
В.А.Крохин даёт ему своё крайне оригинальное разрешение. Это дискуссионная концепция. Я не вправе выносить ей оценку. Это дело профессионалов. Однако выскажусь о ней как поэт. Владимир Анатольевич не равнодушен к поэзии. Порой в свои научные тексты он вкрапляет собственные стихи.
Поэзия невозможна без метафоры. Иногда за метафорой стоит аналогия, способная получить точную форму.
Несомненно, что дерзкие сравнения В.А.Крохина очень похожи на метафоры поэта — вместе с тем полагаю, что они могуг указывать на объективные связи и соответствия.

Вот сопоставительный ряд, выстроенный В.А.Крохиным: двухкольцевое святилище древних славян — причелина крестьянского дома, имеющая схожую струкгуру — вышивка с круговыми узорами — кижское или вытегорское 25-главие. Между этими феноменами В.А.Крохин видит сквозное подобие. Это не просто формальное сходство — это одна эволюционная линия. Многоглавия христианских храмов В.А.Крохин возводит к языческим прототипам.
Архитектура космологична.
Мы знаем, как точно ориентированы храмы по странам света — они могут заменить компас. В храмах отражена не только пространственная, но и темпоральная структура мира: они воспроизводят круг бытия, по которому движется время. Так, подкупольные барабаны порой имеют двенадцать окон — это своеобычные лимбы, с которыми можно ассоциировать и часы, и календарь.
Двухкольцевые святилища маркируют строение земного года — старого и нового. Получается 24-членное деление. Вместе с идолом, стоящим в центре, мы получаем число 25. На основе различных свидетельств и гипотез В.А.Крохин высказывает мнение, что 25-главием изначально обладали следующие церкви:
— десятинная церковь в Киеве;
— храм Покрова на Рву в Москве;
— вытегорский Покров и кижское Преображение.

Многоглавия несуг в себе инерцию языческих представлений. дабы погасить её, церковь меняла характер многоглавия — подводила его под христианскую символику Так считает В.А.Крохин. С ним можно спорить. Его концепция мне кажется эвристичной. Сознавая новизну многих архитектурных обретений, пришедшихся на время христианства, В.А.Крохин вместе с тем возводит их к фундаментальным архетипам. По-разному они реализуются в разных эпохах. Но сугь их едина.
....Для язычества характерно обожествление природы. Отсюда пристальное внимание к её формам. Замечательно, что эти формы берутся в динамике — символизируют органический рост. Такова пирамида. Если вспомнить принцип П.Кюри, то можно сказать, что она соответствует симметрии земного тяготения — закономерно перенимает её. Пирамидальность деревянных храмов: нет ли здесь преемства от импульсов, живущих в растении? Давно уловлено взаимоподобие шатров и елей. Сходствам этого рода В.А.Крохин стремится дать точное бионическое осмысление.

....Деревянные главки — бочки — кубы: их генезис далёк от понимания. Имеется соблазн вывести эти формы из реалий каменного зодчества. Например, увязать каменный купол и деревянную главку. В.А.Крохин напоминает: купол может ассоциироваться с небосводом — по сути часто является его художнической моделью. Или другое характерное уподобление: купол похож на богатырский шлем. Еще одно сближение — с язычком пламени. Все эти метафоры нельзя распространить на деревянные главки. Они самобытны....

....В глазах В.А.Крохина народная архитектура организменна. Конечно, перед нами новый класс формообразования, но возникает он не на пустом месте. Морфогенез биологический — и морфогенез в ноосфере: их разделяет скачок — и вместе с тем соединяет нечто очень похожее на наследственность.
В.А.Крохиным задействованы не только бионические, но и оптические аналогии.
Вспомним чудесные строки Ксении Некрасовой:

Каждое утро
к земле приближается солнце
И,
привстав на цыпочки,
кладёт лобастую обветренную
голову на горизонт.

Именно в этот момент под яйцевидным солнцем возникает световая дорожка. Как родившийся образ похож на главку с шейкой! Быть может, эту сдвоенную форму придумали солнцепоклонники? В.А.Крохин делится с нами своим наблюдением. Каждый волен по-своему интерпретировать его. Как бы то ни было, но сближение В.А.Крохина — ещё и факт поэзии. Свою эстетическую ценность оно сохранит навсегда.

По убеждению В.А.Крохина, деревянное зодчество Русского Севера автохтонно — народный пантеизм был для него питательной почвой. Шатры и кубы, бочки и главки: это обобщённые символы роста с присущим ему удлинением, расширением, сужением.
В свете идей В.А.Крохина можно говорить о стихийной архитектурной бионике. Она стала следствием языческого поклонения природе.
В.А.Крохин убеждён: деревянное зодчество и в своих структурах, и в своей семантике запечатлело феномен двоеверия — при создании нового старое удерживалось и преображалось.

5. Похвала пропорции

В своём бессмертном «Тимее» Платон писал: связь элементов "наилучшим образом выполняет пропорция". Благодаря ей части и целое гармонизируются. Философ воспевает "тело космоса, стройное благодаря пропорции"....

Всмотритесь в этот чертёж. Он запечатлел взаимосвязь между средней арифметической, геометрической и гармонической величинами. В результате мы получаем треугольник с золотым сечением Сколь изящен возникающий здесь ряд пропорциональных соответствий! Все они дают знаменитое число 1,618. Оно и есть Sectio Divina — божественная пропорция.


Цель пропорционального анализа В.А.Крохин определяет так: он даёт возможность выявить сопоставляемость частей и целого посредством вписывания форм в простые геометрические фигуры. Эти фигуры вовсе не являются прокрустовым ложем. Если здание совершенно, то оно ляжет на пропорциональную сетку с предельной естественностью — она органична для него. Как скелет. Или как нервная система.
И вот что крайне важно: если здание перестраивалось — и при этом нарушалась его изначально заданная мера — то пропорциональный анализ моментально обнаружит поздние диссонансы.
Можно сказать так: пропорциональный анализ обладает предсказательной — или ретросказательной — силой. Он позволяет восстановить первичный строй здания. Это имеет колоссальное значение для реставрации.
Найденные им алгоритмы В.А.Крохин успешно использует в своей практике. Благодаря пропорциональному анализу ему удалось восстановить облик Покровской церкви в Кижах на ранних стадиях её морфогенеза: вот она имеет клетское завершение (1694—1720) — а вот увенчивается шатром (1720—1749).
Поразительные метаморфозы!
Логика пропорционального анализа впечатляет своей убедительностью.

б. Морфология и классификация

… В.А.Крохин предлагает простую и чёткую типологию деревянного зодчества. Разнообразие его форм делится на четыре группы:
1) клетские, 2) восьмериковые шатровые, 3) ярусные, 4) производные по структуре храмы.
Вот классификация производных форм:
1) шатровые восьмерик на четверике, 2) крещатые шатровые,
З) шатровые прионежской школы, 4) шатровые пинежско-мезенской школы, 5) многошатровые, 6) кубоватые, 7) многоглавые.
 В основу классификации положены чисто морфологические соображения. Вместе с тем она может иметь эволюционный смысл, отражая развитие формы во времени — её мутации и метаморфозы.

Примечание:
С небольшими сокращениями - из Альманаха Юрия Линника "Пропорция", Музей Русского Севера, Петрозаводск, 2007. С разрешения автора.