БЕРНШТАМ Татьяна Александровна (1937-2008)
 

Т.А.Бернштам

МАТЕРИАЛЬНАЯ КУЛЬТУРА ПОМОРОВ (фрагмент с сокращениями)

1. Поселения и жилищно-хозяйственный комплекс

К середине ХVIII в. заселение Поморья было завершено. С тех пор число поморских селений было стабильным вплоть до начала ХХ в. Большинство их сосредоточивалось на Поморском, Зимнем и Терском берегах, хотя размеры поселений и число жителей в них была далеко не одинаковыми.…Более же характерными для Поморья в целом в то время были поселения, состоящие в среднем из 10—20 дворов…

Поморская сельская община — мир, общество — территориально включала одно или несколько поселений (учитывая и гиездовой характер болыпинства поморсквх сел); до конца ХIХ—начала ХХ в. поморские общины были однонациональны по составу и господствовала простая форма общины….

В Поморье повсеместно сохранялись предания об основании поселений, память о родоначальниках, о первых домах, о традициях домостроительства от отцов и дедов.

Чрезвычайно важным и постоянным фактором в сознании поморских жителей было деление своего села или деревни на части. В этом месте напомним о нечеткости употребления названий «село» и «деревня»…По документам ХV в. севернорусского происхождения, наблюдается семантическое столкновение обоих терминов, выразившееся в том, что они употреблялись как синонимы. В памятниках ХVI—ХVII вв. отмечается уже только слово «деревня», постепенно меняющее значение — от участка земли до мало- и многодворного поселения.

Понятие формы поселения, как известно, включает две основные стороны — планировку поселения и ориентировку жилищ; в последней в свою очередь исследователи различают особенности ориентировки входа в зимнюю, жилую часть или окон в летнем помещении…
Самой характерной формой поселения в Поморье во второй половине ХIХ—начале ХХ в. был прибрежнорядовой тип: один-два порядка домов стояли линиями, т. е. вдоль обоих берегов реки друг за другом, так что фасады одного ряда смотрели на зады другого. Лицевая, фасадная сторона дома в этих случаях, как правило, была ориентирована на реку. В то же время многие поморские поселения представляли собой различные формы смешанной планировки, отражаюцие пестроту этнических традиций на разных этапах формирования поморской группы, степень развития и характер путей сообщения, поздние государственные указы и постановления относительно правил застройки поселения.  Уличная планировка — двухсторонка — встречается в поморских селениях, перестраи-вавшихся в конце ХIХ в. (Тамица, Койда и др.) и позднее, хотя в поселениях сельского типа и в настоящее время улиц-двухсторонок обычно одна-две, в центре. Города — Кемь, Онега, Мезень и Беломорск (бывшая Сорока), наоборот, только на окраинах сохранили некоторые черты старой рядовой или смешанной планировки. Характерной чертой старых поселений разных форм планировки (рядовой — по берегу реки или кучевой — на берегу озера или залива) была ориентировка зимнего помещения входом на юг, юго-восток, юго-запад, т.е. в сторону, противоположную направлению северных, холодных ветров; при этом фасадную, лицевую часть старались ориентировать одновременно на реку (озеро, залив) и на восток (юго-восток, северо-восток); все эти черты являются признаками и большинства севернорусских поселений.

Внешний вид селений Поморья производил впечатление чистоты и зажиточности и тем самым резко отличался, по мнению многих путешественников, от сельских видов средней и центральной России. Эта черта вообще свойственна поселениям севернорусской зоны, особенно северной ее части: живописное расположение сел по берегам рек, большие нзбы, часто богато украшенные резьбой и даже росписью, деревянные мостовые  на улицах, изумительные ансамбли церковной архитектуры, которые независимо от их местонахождения (на краю или в центре деревни) организовывали главное и наиболее яркое внечатление от облика северной деревни. Уже в середине ХIХ в. поморские города и посады по застроенности и числу населения выделялись среди многих северных уездных центров. Кемь, например, занимала второе место в Архангельской губ. после Архангельска: в городе было 6 улиц, 2 моста, 1 площадь, 1 каменный дом и 312 деревянных; Онега располагалась на 6 улицах и переулках, имела 3 площади, 11 деревянных мостов и 227 домов (1 каменный). Немногим уступали такие поморские села, как Сорока, Сумпосад, Шуя, Патракеевка; к концу ХIХ в. число их, особенно на Поморском и Зимнем берегах, увеличивается. Поморские поселения, несколько отличавшиеся друг от друга по разным берегам, в целом характеризовались всеми признаками, присущими севернорусским селам; поморская специфика выражалась в большем доминировании водной стихии (расположение одновременно на море и на реке) н в меньшем, чем в других северных районах, например на Двине, Мезени, в Заонежье, украшении изб.
 
По материалам начала ХХ в. и нашим данным, севернорусский комплекс двухъяруского дома-двора — изба на подклети и двухэтажный двор с воротами и взвозом, объединенные под одной крышей, — был распространен на Поморском и Зимнем берегах, встречался на Летнем, Онежском и в южной части Карельского берега и не фиксируется на Кандалакшском и Терском берегах, кроме Варзуги, Кузомени. В целом более характерным для Поморья был так называемый среднерусский комплекс — крытый одноярусный дом-двор на невысокой подклети, в однорядной и двухрядной связи. Исследователи отмечают распространение этого комплекса на территории от Псковщины до Среднего Поволжья и Вятско-Камского края.

Подробные описания жилищ на Русском Севере встречаются в источниках ХVI—ХVII вв., из которых можно вывести заключение, что в то время в поморских районах сосуществовали различные формы жилищ — от двухкамерного до разнообразных многокамерных. Тенденция к многокамерности жилища -  наиболее характерная черта развития жилого комплекса в Поморье уже по данным ХVI—ХVII вв. Одно- и двухкамерные постройки представляют собой либо старые сооружения «на дворище», либо дополнительные к основному многокамерному комплексу, либо жилое помещение на тонях и пожнях; для подобных построек употребляются названия клеть, избушка, они обычно без сеней, на подклети или на стае.  Словом стая  или стайка (для мелкого скота) назывался хлев на Кандалакшском и Терском берегах. Последнее название представляет особый интерес, так как, по  мнению Д.Осипова, изучавшего крестьянское жилище в Тотемском у. Вологодской губ., «клеть на стае» — квадратный сруб на врытых в землю столбах — является одной из древнейших форм жилья, верхняя часть которого, собственно клеть, жилое зимнее помещение с печью, а стая — стойло для скота.  И в поморском (ХVI в.), и в вологодском (начало ХХ в.) описании клети или взбушки на стае отсутствуют сени («избушку с нутром, и с кровлею да и со стаею»), т. е. форма жилища однокамерная.  Во второй половине ХIХ—начале ХХ в. в Поморье однокамерными строились только хозяйственные постройки — амбары, хлевы, а самые простые жилые помещения являлись двухкамерпыми сооружениями — изба + сени, на высокой или низкой подклети или без нее, например избы бедных крестьян или избушки на тонях.
Изба бедного крестьянина в посаде Ненокса.
Летний берег.
Описания поморских усадеб в документах ХVI— ХVII вв. дают основание предполагать, что термином хоромы в то время обозначался не только комплекс дома-двора (т.е. помещений, расположенных под одной крышей) или находящихся в одной связи избы, клети, хлева, амбара, погреба, но вообще все деревянные сооружения и постройки на территории усадьбы: баня, промысловые амбары, тын, ворота, деревянные мостки; таким образом, словом хоромы называлась усадьба в целом.
В письменных источниках ХVI—ХVII вв. поморское употребление слова хоромы отражает как сочетание различных значений этого термина, так и их эволюцию; в ХIХ—ХХ вв. это название в Поморье исчезло даже применительно к строению под одной крышей, т. е. к дому-двору. По нашим полевым данным и другим источникам, повсеместно в Поморье существовали названия дом и изба в качестве обозначения всего комплекса дома-двора, но при этом избой назывались также либо помещение с печью (восточное Поморье — Онежский, Летний, Зимний берега), либо любая комната дома… Большинство поморских домов-дворов строилось на подклетях; высокая подклеть, образуя как бы первый этаж, использовалась в качестве хлева, амбара (щербети), низкая подклеть служила погребом. Случаи строительства изб без подклети — чрезвычайно редкое явление в Поморье.

Помимо поднятия самого сруба за счет стаи или подклети, многие постройки еще укреплялись заплотами или заплотинами — системой бревенчатых срубов (характерной также для жилища бассейнов рек Мезени и Печоры), которые часто рубились вместе с избами, предохраняя их от речного половодья и морских приливов. Эти по существу свайные сооружения строились на многих поморских берегах еще в ХIХ в. (Летнем, Зимнем, Поморском), но были известны не только поморскому или севернорусскому населению. Русские в поселениях на территории современной Коми  укрепляли рублеными стенками (обрубками)  речные берега от размыва, причем в поселениях самих коми такой способ не наблюдался. Свайные сооружения в виде тынов и заплотов служили основанием для домов и хозяйственных построек в низовьях реки Костромы, население которого сильно страдало от затопления во время весеннего половодья. (Напомним, что этот район входит в область верхневолжского бассейна, население которого участвовало в ХII— ХV вв. в заселении Севера).

Для двухэтажных домов Поморского, Летнего, Зимнего берегов были характерны дворы со взвозами, распространенными также на значительной территории Севера. На Кандалакшском и Терском берегах взвозы для двухэтажных домов были редкостью.
 
Развитие многокамерности поморского жилища привело, как и в других районах России, к усложнению его планировки — возникновению в одной связи изб-двоен, троен, пятистенков и шестистенков — с прирубом (термин, выявленный В.Я.Дерягиным в старых документах только для бассейна Онеги в западном Поморье). В ХIХ— ХХ вв. пятистеннки и шестистенки чаще встречались в западном Поморье (Поморский, Карельский берег), но отмечаются на нижней Двине и Зимнем берегу; эти же типы жилищ широко распространились по всему Северу…
Изба-пятистенок в с.Малошуйка.
Поморский берег.
Весьма характерно для одно- или двухъярусной поморской избы наличие высокого крыльца и светелки — вышки (а иногда и двух), иэвестных уже с ХVI—ХVII вв.:
«Горница на подклети… и с вышкою, и с крыльцом, и с лисницею».
Старинное крыльцо с двумя лестницами.
Кушерека, Поморский берег.
 Внутри каждой избы, помимо основного зимнего помещения с печью, издавна существовало несколько подсобных жилых и хозяйственных камер повалуша (в Поморье всегда на подклети, за сенями, куда уходила летом спать семья), клети, комната, горница, хотя, по данным ХVI—ХVII вв., термин горница применялся и к собственно помещению с печью…В домах богатых старообрядцев имелись свои молельни, иногда две - для мужчин и женщин. Огромные дворы были настолько обширны, что в них размещалось множество хозяйственных помещений -  кладовые, сеновалы, сараи, отделения для сушки промысловых сетей, для строительства судов и даже для устройства качелей на время пасхи. В ХIХ---ХХ вв. самцовые двухскатные и стропильные. четырехскатные крыши становятся архаическими формами постройки, так же как волоковые окна и деревянные трубы дымницы, сохраняющиеся в промысловых избах на некоторых берегах.
Семужья избушка с дымницей,
рядом - поминально-обетный крест.
Летний берег.
В поморских районах бытовали все три типа традиционной планировки крестьянской избы — северно-среднерусский, западнорусский и южнорусский. Более того, каждый из этих типов имел свои разновидности, что создавало представление о пестроте типов планировки.
Первый, северно-среднерусский тип планировки, все же был преобладающим на всех берегах, причем наиболее частым вариантом расположения печи в таких избах была не постановка ее вплотную к стене, к углу, а на некотором расстоянии. Пространство между печью и стеной называлось запечье (запечек) или шоноша (шолнуша). Оба названия исключали друг друга, но встречались почти на всех поморских берегах, например на Онежском берегу в Покровском, Тамице, Кянде, бытовало название шоноша, а в Лямцах и Пурнеме запечье, в Ворзогорах на Поморском берегу — шоноша, а в остальных селениях этого берега — запечье; на Зимнем берегу в Койде запечье, в Майде шолнуша и т. д.
В планировке избы так называемого западнорусского типа (печь с устьем, повернутым к боковой стене) печь могла располагаться в левом или (у двери) правом углу, тогда красный угол соответственно оказывался либо по диагонали от печи, либо на одной стене с печью (ср. новгородское, олонецкое жилище). Восточный южнорусский тип, с печью, расположенной у стены, противоположной двери (или отодвинутой от стены на некоторое расстояние), устьем к ней, также встречался в некоторых районах Поморья (на Поморском, Карельском берегах) и, на основании местных свидетельств, должен быть признан традиционным, а не поздним явлением: новые дома с подобным расположением печи строились в начале ХХ в. по традиции, «как у отцов и дедов».

Устройство печи в большинстве поморских районов соответствовало севернорусскому типу (несколько отличались отдельные конструктивные детали и их наименования). Только на Кандалакшском берегу, видимо, традиционными были печи с выпуклым верхом, называвшимся бочка.  Здесь же, а также в смежных с этим районом местностях, либо лежавших па линии строительства мурманской железной дороги (северо-западные селения Карельского берега), либо там, где животноводства, кроме разведения оленей, почти не существовало (например, на Терском берегу), в конце ХIХ в. русские духовые печи заменялись печами иной конструкции или «голландками»: «Скота нет, коров кормить не нать».

Внутренний интерьер и меблировка в поморских избах также были неоднородны. Мода и новшества проявлялись прежде всего у богатых поморов в обстановке «чистых» помещений - летних комнат, горниц, светелок; к началу ХХ в. здесь сложился городской тип меблировки — кровати с белоснежным крахмальным бельем и горкой подушек, фикусы в кадках и цветы на окнах, мягкая мебель; у отдельных хозяев имелись зеркала, шкафы с дорогой посудой, картины, лампы и даже музыкальные инструменты. Обстановка кухни (позднее название зимнего помещения с печью) оставалась более традиционной и обусловленной ее внутренней планировкой: красный угол с божницей, стол и лавки вдоль стен с окнами, шолнуша (запечье), полка с посудой в печном углу или воронец с посудой. Чистота и опрятность всех внутренних помещений являлись характерными чертами поморского жилья, на пришельца это производило впечатление, что хозяева приготовились к встрече большого праздника.

* * *

Размер поморской усадьбы, т. е. территория приусадебного участка, во второй половине ХIХ в.- начале ХХ в. зависела в первую очередь от уровня развитости сельского хозяйства, животноводства, огородничества в данном селе, так как ближние пожня, коноплянвки, хозяйственные постройки, предназначенные для обработки и хранения зерновых продуктов (амбары, гумна, овины, ригосни), часто располагались на территория усадебного надела, а хлевы, конюшни, сенные зароды, огороды и погреба для хранения овощей всегда находились в нем. Вне усадьбы строилась баня (обычно у берега  реки или в оврагах), мельницы, различные промысловые амбары и склады. Пространство вдоль главного бокового фасада дома со входом называлось улица; зтим же названием с давних пор назывались широкие межи между полями отдельных владельцев («. . а промеж польми улица…»). Главная улица вдоль бокового фасада делилась на части соответственно частям дома: улица у зимней избы, улица перед дверными воротами; противоположная сторона дома и место перед ней называлось задворки или проулок. В тех местностях, где около дома находились приусадебные поля, небольшие огороды и хозяйственные постройки (кроме двора), усадьбы отделялись друг от друга изгородями (тыном); обычно же изгороди отсутствовали (в настоящее время дома обносятся заборами).

Особенностью поморского жилого и хозяйственного комплекса являлось наличие в них помещений, специально построенных или отведенных для промысловых целей. Так, в каждой усадьбе зажиточной семьи имелись постройки для склада промысловых орудий, инвентаря и имущества, иногда свои лёдники — ямы для хранения рыбы и сала зверей, около дома — вёшала для просушки и развешивания сетей.
Приспособления для сушки сетей
(вешала). Поморский берег.
Фото автора, 1970 г.
В некоторых местностях, где селения находились на самом берегу моря (Летний, Терский, Поморский берега), на территории усадеб находились пристани и сараи для строительства судов, амбары для хранения снастей, помещения для обработки рыбы и зверя, сушильни, коптильни, салотопни и т.п.
Амбары для хранения рыболовных
снастей. Поморье.
В менее богатых хозяйствах орудия лова, инвентарь, промысловая одежда хранились на дворе, в чуланах и клетях, а стены избы использовались для сушки снастей, шкур и т.д.
Сушка шкур нерпы. Летний берег.
Специальных помещений для вязания сетей и изготовления рыболовных снарядов не было.
Наиболее архаические черты народного жилища сохранялись в Поморье до начала ХХ в. в промысловых избах и банях, имевших поэтому много сходных черт. Промысловые избы и жизнь в них — специфическая особенность поморского быта, так как русское население Севера (за исключением усть-цилемов и пустозеров на р. Печоре) если и имело охотничьи или рыболовные избушки, то пользовалось ими редко, п поэтому они строились как временное жилище. Промысловая изба помора — по существу второе его жилище, в нем он подолгу жил в течение промыслового сезона.

Промысловые избушки на всех поморских берегах были двухкамерными — небольшие сени + изба и имели одинаковую внутреннюю планировку: печь располагалась в правом или левом у входа углу, устьем к боковой стене от двери, т. е. повсеместно сохранялся западнорусский тип планировки. К промысловым избушкам Терского берега (Варзуга, Кузомень), в которых население жило постоянно в течение нескольких месяцев, пристраивались небольшие хлевы для скота. Еще в первой четверти ХХ в. отопление в промысловых избах осуществлялось по-черному, местные жители называли избы курными, в редких случаях земляной пол у них покрывался настилом из досок. Размеры промысловых избушек были в среднем очень невелики — от 8 до 15 кв.м, а в высоту 8—9 венцов (1.5—2 м); число же промышленников, особенно в период массового лова, доходило до 20 человек на 1 избу. Поэтому вдоль всех трех стен (кроме дверной) устраивались полати (нары, полкИ) в 2—З этажа; иногда полати были одноярусные, но широкие, на которые сразу могли лечь 3—5 человек.
На Онежском, Поморском, Летнем берегах в промысле рыбы требовались лошади — для немедленной отправки улова, поэтому около промысловых изб делали конюшни, часто в виде пристройки к самой избе. Старые промысловые конюшни представляли собой довольно примитивные сооружения: их стены были образованы вертикально стоящими бревнами или просто небольшими елями с обрубленными ветками, крыша — накат из бревен, одним концом врубленных в стену промысловой избы; в начале ХХ в. конюшня обычно строилась в виде сруба в 8—9 венцов.
Недалеко от промысловых изб находились устройства для сушки сетей — вешала типа козел, а также ворота для вытягивания огромных неводов, сторожевые будки для наблюдения за появлением рыбы. На Терском берегу, в районе Кузомень—Тетрино, в семужьи избушки уходили жить на 4 месяца (август—ноябрь), уводили на тони скот, поэтому к сеням здесь пристраивался и небольшой хлев. для просушки ценных семужьих сетей устраивали особые избушки — сетницы, где они сохли под действием ветров, дующих в специально устроенные в полу широкие щели. В конце ХIХ—начале ХХ в. зажиточные хозяева на морских промыслах стали благоустраивать промысловые избы: строили печи по-белому, прорубали больше окон, настилали полы, делали дощатые крыши вместо наката из бревен. На озерном лове, особенно когда озера находились далеко от села, курные избы не перестраивались, нередко в них доживали свой век каменки — очаги.
 
Старые промысловые избушки долгое время существовали на Мурмане, а некоторые старики с Поморского берега еще в недавнее время помнили, что, бывало, жили на мурманском промысле и в вежах (вежей на Терском берегу назывались землянка или шалаш из досок, покрытых парусиной: «Посудину (судно, — Т. Б.) разобьют, опрокинут и живут».  В таких вежах, где можно было только лежать или сидеть, промышленники жили несколько месяцев, обогреваясь очагом из камней в центре вежи и покрываясь ровами — одеялами из оленьих шкур.

Таким образом, будучи в целом севернорусским с вариантами комплексом, жилище и хозяйственные постройки Поморья отличались в основном развитием промыслово-рыболовецкой части усадьбы. Интересно, что, несмотря на эту специфику, требовавшую особых сооружений, помещений и т. п., количество сельскохозяйственных построек не сокращалось даже в тех районах, где земледелие и скотоводство были незначительны. По подсчетам В.В.Никольского, в ХХ в. соотношение жилых и хозяйственных строений на Поморском, Карельском, Кандалакшском берегах составляло в среднем 1 : 1,6, т. е. было несколько выше, чем во многих местностях центральной России. Это соотношение говорит о двух разновременных  традициях поморского жилищно-хозяйственного комплекса, из которых одна — древнейшая, более связанная с земледельческой культурой, продолжала существовать с возникшими в процессе развития поморского промыслового хозяйства потребностями в специальных хозяйственных сооружениях.

Особо, по-видимому, стоит относиться к промысловым избам, возникавшим на побережье одновременно с его заселением. Возможно также, что промысловая изба могла появиться раньше жилого дома: построить ее было легче, и па первых порах в ней можно было жить…

Примечания:
1. Татьяна Александровна Бернштам —известный специалист в этнографии, этнологии и фольклористике. Доктор исторических наук, профессор. Работала главным научным сотрудником Музея антропологии и этнографии РАН в Ленинграде и была заведующей отделом русской и славянской этнографии. Исследовательница традиционной культуры русских и восточных славян в целом.
2. Текст является фрагментом главы 1 из книги "Русская народная культура Поморья XIX-начала XX вв.", Ленинград, Наука, 1983.
3. Фотографии - сканы из книги. Отсюда невысокое качество.