Бодэ А.Б.

ОСОБЕННОСТИ АРХИТЕКТУРНЫХ РЕШЕНИЙ ДЕРЕВЯННЫХ ЦЕРКВЕЙ

Архитектура деревянных церквей отличается особым богатством и многообразием решений. Основой каждой деревянной церкви является сруб молитвенного помещения, он же и доминирует по высоте над остальными объемами. По форме плана основные срубы могли быть прямоугольными (квадратными), восьмигранными, реже крещатыми.

Простейшее решение основного объема — клеть, покрытая на два ската. Отсюда и название — клетские церкви, которые по своим формам наиболее приближены к жилым домам. Древнейшим сохранившимся памятником русского деревянного зодчества является клетская Лазаревская церковь Муромского монастыря, построенная во второй половине XIV в. 
Лазаревская
церковь
Муромского мон-ря.
Вторая полов. XIV в.
 МДЗ "Кижи".
При одинаковом общем решении клетские церкви могли существенно различаться между собой. Во-первых, по пропорциям: небольшие по высоте церкви, действительно, очень напоминают крестьянское жилище, но есть постройки довольно высокие, башнеобразные. Во-вторых, клетские церкви различаются по форме и высоте покрытия. В этих различиях отчетливо прослеживаются местные традиции. Так, в Костромской, Ивановской и отчасти Владимирской областях известен ряд памятников XVIII в. с островерхими прямоскатными покрытиями.
Никольская церковь
из с.Глотово
(1766 г.).
МДЗ в Суздале.
Среди них - Никольская церковь (1766) из села Глотово, перевезенная в Суздаль. Несколько западнее, в Тверской и Новгородской областях, клетские церкви по пропорциям другие: стены — немного выше, а покрытия, наоборот, пониженные.
Примером тому —  Никольская церковь (XVII в.) из деревни Мякишево, перевезенная в музей «Витославицы».
Никольская церковь
(XVII в.) из д.Мякишево.
МДЗ "Витославицы".
Характерной особенностью церковных срубов являются повалы — расширения в верхней части. У клетских церквей повалы имеют обычно только продольные стены основного сруба, у центрических четвериковых и восьмериковых церквей повал охватывает весь периметр основного объема. Завершаются повалами и стены алтаря. Стены церковных трапезных, напротив, повалов не имели, хотя есть и исключение — трапезная Ильинской церкви (1692) в селе Самино. По-видимому, устройство повалов служило не только усилению художественной выразительности и лучшему отводу влаги от стен, но и имело какое-то смысловое значение — выделение главного, священного.

Среди северорусских клетских церквей немало построек с высокими так называемыми клинчатыми покрытиями. В отличие от церквей Средней России их скаты в нижней части имели переломы — полицы, служившие лучшему отводу влаги от стен и создававшие более выразительный силуэт. Причем эти формы покрытия встречаются не по всему Северу, а главным образом в Поонежье, в бассейне Северной Двины и Поморье. Одна из древнейших русских церквей - Ризоположения (1485) из села Бородава, перевезенная в Кирилло-Белозерский монастырь, имеет подобное покрытие.
Церковь
Ризположения
(1485)
из с.Бородава.
МДЗ  в Кирилло-Белозерском
монастыре.
Для северо-западных земель характерны клетские церкви с каскадными (ступенчатыми) покрытиями, каждый скат которых состоял из двух или трех ступеней. Самая древняя подобная постройка сохранились в селе Юксовичи - Георгиевская церковь (1495). 
Георгиевская церковь (1495)
в с.Юксовичи
Ленингр. области.
Есть предположение, что каскадные покрытия являются отголоском ярусных поперечно уступчатых завершений, о существовании которых свидетельствуют старинные изображения.
Никольская церковь (XVII в.)
из д Тухоль.
МДЗ "Витославицы".
Среди храмов с каскадными покрытиями Никольская церковь (XVII в.) из деревни Тухоль в музее «Витославлицы» отличается достаточно большим промежутком стены между скатами кровли, что, действительно, напоминает ярусное завершение.

Редким и очень эффектным было покрытие основного храмового сруба бочкой. Такие постройки известны в районе верхнего и среднего течения Онеги, например, Благовещенская церковь (1719) в деревне Пустынька.
Благовещенская церковь (1719)
в д. Пустынька.
Рис. А.Бодэ.
Независимо от решения верха и высоты клетские церкви, как правило, были невелики и не играли значительной роли в организации больших пространств.

Кроме коньковых форм покрытий, квадратные в плане срубы церквей могли покрываться сомкнутыми четырехскатными покрытиями. Усиление вертикальной композиционной оси придавало постройке большую статичность, значимость, образ церкви получался уже несколько иным.
Примером подобных построек с покрытием на четыре ската могут служить Спасская церковь (XVII-XVIII вв.) в селе Нижний Починок на реке Молом или Пятницкая церковь (1831) в заонежском селе Онежаны.
Спасская церковь
в с. Нижний Починок.
Кировская обл.
В их образах есть что-то от каменных храмов, но еще более напоминают каменные постройки четвериковые церкви с крещатым восьмискатным покрытием. Деревянных храмов с подобным покрытием известно сравнительно немного. Среди них Троицкая церковь (1694) в селе Помялово, Никольская церковь (1708) в селе Уйма, церковь Флора и Лавра (1613) в селе Мегрега. Большинство из них было расположено на северо-западных территориях, что наводит на мысль об их взаимосвязи с каменным зодчеством древнего Новгорода.

Лаконичное четвериковое основание во многих деревянных церквях выразительно сочеталось со сложной формой завершения. Таковы церкви с кубоватым верхом и церкви, завершенные шатром на крещатой бочке. Те и другие в основании имели высокий четверик, заканчивающийся крутым повалом. Основная масса сруба оставалась глухой, поскольку окна обычно располагались в нижней части. Церкви, завершенные кубом, строились в Поморье и Поонежье. Известные постройки относятся к последней трети XVII-XIX вв. Обычно кубоватые покрытия завершались пятью главами, но есть примеры и одноглавых завершений. Ранним кубоватым церквям свойственны стройные пропорции и богатое декоративное убранство верха, например, Воскресенская церковь (1669) из села Кушерека, перевезенная в музей «Малые Корелы», утраченная Сретенская церковь (1677) в селе Чекуево.
Вознесенская церковь
из с. Кушерека.
МДЗ "Малые Корелы"
В XVIII в. строительство четвериковых кубоватых церквей в основном сместилось в район верхней Онеги. Их архитектурно-художественный облик был уже не столь выразителен: четверики занижены, декоративные детали отсутствуют.

Храмы, завершавшиеся шатрами на крещатой бочке, наиболее широкое распространение получили на Пинеге и Мезени, хотя отдельные подобные постройки известны в Поважье и в районе нижнего течения Двины. Самый активный период строительства шатровых церквей на крещатой бочке в пинежско-мезенском крае приходится на конец XVII — начало XVIII в. Шатры пинежско-мезенских церквей отличаются стройностью, что подчеркивается боковыми главами на удлиненных слегка сужающихся кверху шеях.

Восьмигранные в основании церкви более вместительны. Они нередко назывались «круглыми». Самым распространенным покрытием восьмигранных срубов был шатер. На наиболее древних церквях, таких как Никольская в селе Лявля (1584), Ильинская (1600) в селе Усть-Выя (утрачена), шатры вместе с шеями и главами выполнялись рублеными, за счет чего формы завершений приобретали особую массивность. По образу подобные храмы напоминали крепостные башни.
Никольская
церковь (1584) из с.Лявля.
Арх. обл.
Сретено-Михайловская
церковь (1665) в д. Красная Ляга.
Арх. обл.
Восьмигранные храмы XVl—XVIII вв. обладали более стройными пропорциями, как, например, Сретено-Михайловская церковь в бывшей деревне Красная Ляга (1665)..

Восьмигранные в основании церкви наиболее широкое распространение получили в северо­восточных землях (бассейн Северной Двины). Встречаются они и на северо-западных землях, но здесь они отличаются ярусным решением основного храмового сруба в сочетании с ломаным покрытием - так называемым фронтонным поясом. Именно такова Никольская церковь (1696) в селе Согиницы.
Никольская церковь в с. Согинцы. Ленинградская обл. Воскресенская церковь (1630) в с. Важины Ленинградмкая обл.
Говоря о «круглых», церквях нельзя не упомянуть об исключениях. Так, Воскресенская церковь (1630) в селе Важины имеет в основании не привычный восьмерик, а десятигранный сруб. Известен также единственный пример шестигранного храмового столпа - Богородицкая церковь (начало XVII в.) в селе Пянтег.

Успенская церковь
 (XVI в.)
Александро-Куштского
м-ря.
МДЗ
Спасо-Прилуцкого
мон-ря
Церкви с крещатым в плане основанием относительно редки. Все они отличаются ярусным построением верха. Самые древние известные подобные постройки завершались шатрами, для чего на крещатое основание ставился восьмерик.
Это утраченные Климентовская церковь (XVI или XVII вв.) в селе Уна, Богородицкая (XVI (?) в.) в селе Верховье, сохранившаяся Успенская
Александро-Куштского монастыря, перевезенная в Спасо-Прилуцкий монастырь. Завершенный шатром основной храмовый столп крещатых церквей иногда решался в виде восьмерика на четверике, как на Вознесенской церкви (1654) в селе Пияла.
Вознесенская церковь  (1654)
в с. Пияла. Арх. обл.
Известен ряд построек, где над крещатым основанием возвышался четверик, завершенный кубом или крещатой бочкой, примером чего служит Успенская церковь (1694) в селе Нелазское-Борисоглебское. Крещатые храмы зафиксированы в среднерусских областях, Поонежье и Поморье.
Успенская церковь  (1694)
в с.Нелазское-Борисоглебское.
Волог. обл.
Ярусные завершения сочетались с любой формой основания: четвериковой или восьмериковой. Основной сруб шатровых церквей, которые принято называть «восьмерик на четверике», в сущности, тоже состоит из двух ярусов, слитых воедино на большинстве построек. Эти храмы были очень популярны и имели повсеместное распространение на Русском Севере в XVI—XVIII вв.

Церкви, состоящие из восьмерика на четверике, имея принципиально одинаковое решение, различались по пропорциональному строю. При различных соотношениях основания и шатрового верха получались совершенно разные архитектурно-художественные образы.

Церкви с ярусными завершениями, состоящими из нескольких убывающих по величине срубов, строились преимущественно в среднерусских областях, сменив собою шатровые храмы примерно с конца XVII в. Наиболее распространенным вариантом решения была постановка на основной четверик одного или нескольких восьмериков. Это могли быть как сравнительно небольшие, так и очень высокие постройки, например, Вознесенская (Тихвинская) церковь (начало XVIII в.) в Торжке (см. ниже). Завершались они обычно одной главой на пологом сомкнутом покрытии или в более позднее время — куполом.
Тихвинская
церковь (нач. XVIII в.) в Торжке.

Ильинская церковь (1755) Цыпинского погоста.
Известны и восьмериковые ярусные церкви. Среди них Ильинская церковь (1755) Цыпинского погоста, где число ярусов достигает пяти, включая основание. Распространение восьмериковых ярусных церквей тяготеет к северо-востоку, где преобладали восьмериковые шатровые храмы. Несколько особняком стоят четвериковые ярусные церкви. Это самые древние известные ярусные храмы. Судя по иконописным изображениям, такова была церковь Нилово-Столобенской пустыни, построенная в конце XVI в. Она имела покрытие каждого яруса на восемь скатов. Ярусные четвериковые церкви достаточно редки, зафиксированы они в основном в северо­западных областях. Из сохранившихся памятников можно отметить церковь Иоанна Предтечи (1694) в деревне Ширково.
 Церковь  Иоанна Предтечи (1694)
в д.Ширково.
Тверская обл.
Особую разновидность ярусных решений представляют церкви, называемые в исторических документах «древяна клецки вверх шатром». До наших дней таких построек не сохранилось. Очевидно, это были прямоугольные в основании храмы, над двухскатным покрытием которых возвышался небольшой восьмерик, несущий шатер. Подобную постройку мы можем увидеть на одном из рисунков в альбоме А. Мейерберга (в селе Чашниково близ Москвы). Среди достоверно известных аналогичных объектов можно отметить церковь в Лондуже начала XVIII в. Клетское с двухскатным покрытием основание могло сочетаться и с более сложной ярусной структурой верха, состоявшей, например, из небольшого восьмерика на четверике с шатровым покрытием. Изображение таких построек можно увидеть на рисунках в альбоме Мейерберга (церкви в Едрово, Медном). Похожая церковь, датируемая XVII в., некогда стояла в Повенце.

Многоглавие, будучи одним из самых выразительных признаков русских деревянных церквей, сочеталось с различными плановыми решениями и типами завершений. Наиболее приближены к образу каноничного каменного храма четвериковые церкви с пологим четырехскатным покрытием и пятью главами, например, Преображенская церковь (XVI—XVIII вв.) в деревне Ижма.
 Преображенская церковь
(XVII-XVIII вв.) в д.Ижма. Арх. обл.
Фото У.Брумфильда.
Необычайно величественны и монументальны девятиглавые северодвинские церкви с массивным четвериковым основанием второй половины XVII в.: Ильинская в Чухчерьме (утрачена) и Сретенская (1683) в селе Заостровье.
 Сретенская церковь
(1683) в с.Заостровье Арх. обл.
Многоглавые завершения, как правило, свойственны развитым в плане постройкам, когда симметричные прирубы венчались дополнительными главами. Блестящее воплощение многоглавие получило в архитектуре церквей Обонежья XVIII в., ряд которых открывает утраченная Покровская церковь (1708) Вытегорского погоста. Великолепны кубоватые многоглавые церкви в Турчасове и Подпорожье второй половины XVIII в., развитые на основе крещатых композиций (здесь подробнее -М.З.)

Основной храмовый сруб окружался соподчиненными объемами — прирубами. Их могло быть от одного (только восточного) до четырех. Компоновка объемов развивалась по двум основным направлениям: по линии восток-запад или во все стороны симметрично относительно вертикальной оси. Первый прием, как правило, характерен для клетских или четвериковых в основании высотных церквей, второй — для центрических восьмериковых и крещатых в плане храмов.

Алтарь обычно размещался в восточном прирубе по площади несколько меньшем, чем основной сруб. Алтари наиболее древних известных церквей отличаются простотой решения: в плане прямоугольны и покрыты на два ската. У церквей конца XVII-XVIII вв. преобладают пятистенные алтарные прирубы, выполнявшиеся явно в подражание апсидам каменных храмов. Многопрестольные церкви нередко имели многогранные, сложные в плане алтари. Наиболее часто используемым покрытием алтарного прируба была бочка, а вообще алтари могли покрываться всеми теми же формами, что и основные срубы клетских церквей. Известно несколько примеров, когда молитвенное помещение и алтарь размещались в едином вытянутом срубе, внешне расчлененном разновысоким покрытием. Такова церковь Ризоположения из села Бородава.

Если алтарный прируб располагался строго по продольной оси здания, то трапезная могла пристраиваться и с некоторым сдвигом в сторону. Обычно она превышала по величине молитвенное помещение. Во многих постройках трапезная конструктивно не связана с церковью и представляет собой отдельный сруб, что свидетельствует о разновременной их постройке. Примерами служат храмы Иоанна Златоуста (1665) в селе Саунино, Рождества Христова (1745) в Большой Шалге, где трапезная, правда, утрачена.

Тихвинская
церковь (нач. XVIII в.) в Торжке.

Ильинская церковь (1755) Цыпинского погоста.
Известны случаи, когда возведение трапезной предшествовало самой церкви. Так было при строительстве Богоявленской церкви (1852-1857) в селе Поле. Служившая местом мирских сходов трапезная почти всегда отапливалась, что было причиной более частых ремонтов или переборок сруба, в отличие от «холодных», т.е. не отапливаемых помещений церкви, которые могли служить значительно дольше. Постановка разновеликих объемов, выстроенных по продольной оси, придает всей композиции церкви определенную динамику. Устройство симметричных прирубов, напротив, статично и уравновешенно. Очень выразительны четвериковые церкви с ярусным или шатровым верхом, имеющие два одинаковых прируба: алтарь и притвор, например, Иоанна Богослова в селе Богослов на реке Ишне.
Церковь Иоанна Богослова
(1687) в с.Богослов Яросл. обл.
Успенская церковь
(1667) в с.Суланда.  Арх. обл.
(утрач.) Фото И.Билибина.
Церкви Вознесенская (1752) в селе Конецдворье, Успенская (1667) в селе Суланда отличались четырьмя симметричными прирубами, примыкавшими к четвериковому основанию, переходившему в восьмерик и завершенному шатром. Но наиболее впечатляющи восьмериковые шатровые церкви с четырьмя симметричными покрытыми бочками прирубами (Богородицкая (1726) в селе Заостровье (Яковлевское), Введенская (1589) в селе Сура). В боковых прирубах нередко размещались приделы, тогда к каждому из них примыкал свой алтарь, как, например, в Воскресенской церкви (1673) в селе Селецком на реке Емце.

Архитектурное решение храмов усложнялось также устройством приделов в виде самостоятельных срубов, которые могли компоноваться симметрично относительно оси восток-запад или пристраиваться с одной из сторон. Примером симметрично развитой композиции может быть утраченная Благовещенская церковь в Турчасове, где между основным храмовым объемом и просторной трапезной были встроены два придела со сквозным проходом в середине.

Симметричные композиции могли сочетаться с завершением в виде нескольких шатров. Среди сохранившихся памятников необходимо отметить пятишатровую Троицкую церковь (1727) в селе Нёнокса, где прирубы к основному восьмерику венчались шатрами, создавая удивительное по выразительности решение.
Храмовый комплекс в с.Ненокса, Арх. обл.: слева - Никольская церковь (1763), колокольня (XIX в.), Троицкая церковь (1727).
Еще один сохранившийся пример—Успенский собор (1711-1717) в Кеми.
 Успенский собор
(1711-1717) в Кеми, Карелия
Здесь основной столпообразный объем, завершенный величественным шатром, дополняется двумя другими, аналогичными по структуре, расположенными по бокам. Один из примеров асимметричного решения — утраченная Троицкая церковь (1727) в селе Подпорожье. Основной храм состоял из четверика, завершенного кубом с пятиглавием. Придел был пристроен позже с юго-западной стороны и представлял собой тоже четверик, но поменьше и венчавшийся одной главой. Оба сруба с западной стороны были объединены широкой трапезной.

В среднерусских землях встречаются клетские церкви с боковым приделом под одной асимметричной крышей с основным храмом. Это утраченная Рождественская церковь (1768) в селе Талицы и Знаменская церковь из села Пылево. При восприятии с разных ракурсов подобные постройки отличаются живописной композицией объемов и выразительным силуэтом.

В традиционных деревянных церквях обращает на себя внимание соотношение внешнего объема и внутреннего пространства. В сравнительно небольших клетских постройках эти характеристики вполне соразмерны. В храмах высотных, напротив, наружная величина здания несравненно больше внутренних размеров. Это получается за счет устройства высоких завершений и низких потолков, скрывающих большую часть основного храмового столпа. Открытые внутрь завершения получили распространение в ярусных церквях с XVIII в., видимо, под влиянием украинского зодчества, хотя предполагается, что некоторые шатровые церкви XVII в. и более раннего времени не имели потолков.Молитвенное помещение, в отличие от остальных, было наиболее освещенным и преобладало по высоте. Нередко оно было двусветным. В северорусских церквях, особенно шатровых, широкое распространение получили каркасные потолки, называемые «небом».
 Потолок-"небо" в церкви Михаила Архангела в с.Архангело. Арх. обл.
С одной стороны, в рисунке элементов каркаса отчетливо просматривается стилизованное солнце, на основании чего многие видят в «небесах» деревянных церквей отголоски язычества. С другой стороны, такие потолки напоминают переработку формы сомкнутого свода каменных построек. Потолки-«небо» расписывались. В центральном круге изображался Бог, в окружающих его косяках — фигуры ангелов. Подобные потолки устраивались не только в больших храмах, но и в часовнях.Самым ярким и привлекающим внимание элементом церковного интерьера был, разумеется, иконостас. Старинные иконостасы деревянных церквей состояли из тябл — узких полок, на которые устанавливались иконы. Края тябл покрывались росписью. Более поздние иконостасы делались в виде стоечно-балочной конструкции с лепниной и позолотой. Особенно богато оформлялись царские врата. Правда, до наших дней дошли в основном относительно поздние образцы, где мотивы народного зодчества причудливо переплетаются с ордерными элементами.

Значительную роль в художественном оформлении церковного интерьера играла резьба, которой украшались клиросы, подзоры лавок, протянувшихся вдоль стен. Очень выразительны церковные порталы,  где резьба могла сочетаться с раскраской и росписью.
Портал церкви Иоанна Богослова в с.Богослов. Опорные столбы в трапезной церкви Иоанна Златоуста в с.Саунино.
В трапезных при больших пролетах потолочные балки поддерживались резными столбами. Рисунок резьбы традиционен и очень устойчив: дыньки, перехваченные жгутами. Подобные столбы напоминают то ли фигуры идолов, то ли связки стеблей растений. Не исключено, что они несут отголосок каких-то древних языческих культов. Столбы-опоры в некоторых церквях имели резные кронштейны, напоминающие поднятые вверх руки, что еще более усиливает их сходство с человеческими фигурами.

Интерьеры деревянных церквей легко поддавались переделкам и поновлениям, поэтому исторических фотоматериалов, и уж тем более, подлинных элементов сохранилось немного. При реставрации памятников деревянного зодчества в интерьерах многое не воссоздается вообще, и помещения остаются полупустыми. Первоначальные интерьеры традиционных деревянных церквей, насыщенные резными и расписанными предметами, такими как скамьи, лари, столики, подсвечники, несомненно, выглядели очень колоритно.

Примечания:
1.  Текст - из книги А.Б.Бодэ "Деревянные храмы Русского Севера. Архитектура и местное своеобразие". М., МГСУ, 2011.
2. Иллюстрации без указания автора: из статьи, архива сайта и интернета.
3. МДЗ - музей деревянного зодчества.