И.Бартенев, Б.Федоров

ПО РЕКАМ СВИДЬ И ОНЕГА
(из книги "Архитектурные памятники Русского Севера")


Небольшая железнодорожная станция Няндома. От нее начинается путь к озеру Лача и к истокам реки Онеги. Дорога идет по живописной холмистой местности. Она то петляет среди густого ельника, то сбегает к маленькому лесному озеру, окруженному молодым березняком, то вдруг открывается солнцу и пересекает зеленую поляну, заросшую высокой травой с огромными ромашками. Четыре часа езды на автобусе — и дорога резко поворачивает. В просветах редеющего кустарника показывается вода — это Онега.
Схема расположения памятников ДЗ вдоль рек Свидь и Онега.
1. Астафьево. Никольская ц. XVII в.
2. Саунино. Ц. Иоанна Златоуста, 1655 г.
3. Каргополь.
4. Лядины. Погост.
5. Конево. Часовня XVIII в.
6. Авдотьино. Часовня XIX в.
7. Бережная Дуброва. Церковь 1678 г.
8. Турчасово. Погост.
9. Вазенцы. Погост.
10. Пияла. Погост.
11. Чекуево. Погост.
12. Подпорожье. Погост .
Автобус преодолевает последние сыпучие песчаные наносы и вкатывается на твердый береговой грунт. Мост. На другой стороне реки, разливающейся в огромное озеро Лача, на несколько километров тянется зеленая полоса елей и берез. В них прячутся маленькие деревянные домики и низкие каменные постройки, а далее, устремляясь ввысь своими маковицами, куполами, крестами, тянутся церкви, соборы и колокольни. Здесь, вдали от крупных магистралей, затерялся город Каргополь.
Вид на Каргополь с р.Онеги.
Что означает это слово с окончанием, казалось бы, совершенно неуместным в этих далеких от Средиземноморья землях? Существуют три версии о возникновении названия города. Ни одну из них нельзя считать вполне достоверной за недостатком документальных подтверждений.

Первая основывается на словах карельского происхождения: каргун — медведь, поули — страна. Каргунпоули — медвежья страна. . . Искаженное произношение этих слов новгородцами, уже знакомыми с греческими и восточными названиями, и дало наименование — Каргополь.

Вторая версия связана с татарским происхождением этого слова. Каргино поле, карга — ворона, воронье поле. По преданию, на этом месте была битва карелов с новгородцами. После битвы здесь долгое время пировало воронье. И до сих пор над каменистым полем, что находится рядом с кладбищем, летают и зловеще каркают стаи черных ворон.

И, наконец, третье предположение: свое название Каргополь получил от новгородцев, которые, по аналогии со вторым названием Новгорода — Гостиполь, назвали его Каргополь, что значило «лодочная пристань», остановка, пристанище для ладей, шедших к морю Студеному...

Издавна земли Каргопольщины были заселены карелами и пришедшими с северо-востока коми. С XI—XII вв. по системе озер Белое — Воже — Лача сюда начинают проникать новгородцы. На плоскодонных ладьях по реке Онеге они могли свободно добираться до Белого моря и вести торговлю с соседними странами. В северной горловине озера Лача новгородцами было основано поселение — будущий город Каргополь. До 1380 г. он был посадом. Но после битвы с татарами на Куликовском поле за героизм и бесстрашие каргопольской дружины он был назван городом.

В царствование Ивана Грозного Каргополь, как и Новгород, теряет свою самостоятельность и попадает под власть Москвы. Он вошел в число девятнадцати «царских городов», которые платили московскому государству подать. Путь через Онегу в Белое море для русского государства был хотя и длинный, но наряду с Северной Двиной единственной северной дорогой в Европу. При Петре I, проложившем в Европу другой, более короткий путь, Онежская артерия утратила свое значение, а вместе с нею потерял былое значение и город Каргополь.

В 1731 и 1765 гг. город дважды горел, причем во второй раз он почти весь выгорел. Пожар был настолько сильным, «что головни и бревена метало за реку». Многие каменные церкви и соборы «от сильного жара пылавших вокруг них деревянных строений дали глубокие трещины». В XIX в. Каргополь окончательно утратил свое значение и стал заштатным городом Российской империи.

К началу XVIII в. в Каргополе насчитывалось двадцать четыре собора и церкви, из них двадцать деревянных и четыре каменных, и два монастыря.

В настоящее время (книга издана в 1968 г. - М.З.) в городе осталось только девять каменных церквей. Из гражданских сооружений до недавнего времени еще сохранялся Гостиный двор, построенный при Петре I.

Наиболее старая из сохранившихся культовых построек восходит ко времени царствования Ивана IV. Это шестистолбный  собор Рождества Христова, возведенный в 1562 г. Он стоит на берегу озера, почти у самой воды. Пожар 1765 г. нанес собору сильные разрушения. Он потерял кровлю и все главы, а стены дали глубокие трещины. Пять лет здание стояло непокрытым, стены уже начали обрушиваться. Но с 1770 г. собор начали восстанавливать, правда, значительно искажая первоначальный облик.
Рождественский собор — типичное сооружение русского культового каменного зодчества второй половины XVI в. Это было время, когда на смену монументальным формам храмов Владимира и Суздаля приходит торжественная и величественная архитектура, достойная «царственной Москвы и ее самодержцев». Строятся церкви и соборы, в которых зодчие прославляют силу и богатство московских царей.

Первоначально здание Рождественского собора выглядело единым массивным кубом, сложенным из кирпича и белого камня. Стены собора были расчленены лопатками, которые завершались своеобразным скромным кирпичным зубчатым поясом, шедшим по всему периметру здания. Возможно, что выше карниза переход к кровле осуществлялся с помощью характерных для храмов того времени закомар, представляющих собой полуциркульное завершение верхней части стены, обычно соответствующее форме внутреннего свода.

Большие и массивные главы, как хорошо это видно и сейчас, покоились на сравнительно тонких кирпичных барабанах, чрезвычайно просто, но выразительно декорированных. Центральная глава наиболее нарядна. Она имеет под самой луковицей мелкий зубчатый поясок, а ниже — невысокий аркатурный фриз, выложенный из лекального кирпича. Барабаны остальных глав также оформлены пояском, прорезанные же в них окна обрамлены колонками.Высокие и узкие арочные окна собора совершенно лишены какого-либо декора. Они размещены в два ряда и посажены в глубокие ниши.

В XVII в. к Рождественскому собору был пристроен многообъемный северный придел с двухвсходным крыльцом и галереей. Придел этот был посвящен святым Алексею и Филиппу. Предполагают, что его построили в память пребывания в соборе мощей митрополита Филиппа, которые в 1652 г. патриарх Никон вез из Соловецкого монастыря в Москву.

Видимо, к этому же времени относится и изменение входа в собор, а также присоединение к нему галереи. В декоративном убранстве галереи появляются очень нарядные тяги и наличники, выполненные из местного белого камня, а также целые широкие пояса из «перспективных» квадратов, «отбивающих» на стене галереи высоту подоконников. Подобные элементы убранства в изобилии встречаются в XVII в. и в Ростовском кремле и в сооружениях Михайло-Архангельского монастыря в Великом Устюге.

Как уже упоминалось выше, во время пожара на стенах собора появились трещины. Для укрепления их были поставлены контрфорсы. Дата их установки вызывает споры среди специалистов. Но по хранящимся в архиве документам можно установить, что построены они были в период, когда велись основные восстановительные работы (1770—1780 гг.).

К Рождественскому собору композиционно очень близка пятиглавая Воскресенская церковь, возведенная уже в XVII в. (Это единственная церковь в Каргополе с позакомарным покрытием - М.З.)
Воскресенская церковь.  XVII в. Воскресенская церковь.
 Вид с запада.
Объем церкви, несколько более компактный, также расчленен вертикально простыми широкими низкорельефными лопатками — западный и восточный на три части, южный и северный на четыре. Стены завершены мощными закомарами. Декоративное убранство стен здесь значительно богаче. Местные зодчие, не перегружая массива храма, с удивительным чутьем и тонкостью одели орнаментом наличники окон, плоские пояса карнизов и аркатурные фризы барабанов.

Стремление к нарядности в архитектуре XVII в., уже проявившееся в Рождественском соборе, в полную силу дало о себе знать в  Благовещенской церкви. Она, как говорится в клировых ведомостях, была построена «тщанием прихожан» на месте сгоревшей деревянной церкви 1542 г. Строилась Благовещенская церковь десять лет — с 1682 по 1692 год.
Благовещенская церковь.
Кон. XVII в.
Благовещенская церковь.
Вид с юга.
В плане здание почти квадратное, все четыре фасада имеют трехчастное вертикальное членение. Плоскости стены между пилястрами прорезаны разными по форме и величине оконными и дверными проемами. Они обрамлены строгим, удивительно разнообразным по рисунку рельефным орнаментом, вырезанным из белого камня. Каждое окно, каждая дверь восхищают поистине бисерным узором. При всей своей рельефности они не нарушают плоскостности стен.
Благовещенская церковь. Окна западной стены храма. Благовещенская церковь. Алтарные апсиды.
Благовещенская церковь поражает каждого, кто видит ее впервые. И.Э.Грабарь писал, что южная часть Благовещенской церкви «может соперничать с дворцами раннего флорентийского Возрождения по изысканности пропорций и вкусу, с которым разбросаны по нейузорчатые пятна окон; восточная стена с тремя алтарными полукружьями является шедевром стенной обработки вообще...

 Церковь Рождества Богородицы,
1680 г.
К этому времени относится и еще одно сооружение Каргополя — церковь  Рождества   Богородицы, стоящая напротив Благовещенской. Она была построена в 1680 г. Церковь несколько беспокойна по силуэту. Она, по существу, состоит из нескольких объемов: сени со звонницей над ними, трапезная, собственно храм с алтарной апсидой и два придела, тоже с апсидами. Такая многообъемность лишила здание строгости, ясности и выразительности, характерных для предыдущих сооружений.

 Церковь Введения во храм Пресвятой Богородицы, 1811 г.
Но все же церковь обращает на себя внимание декоративными деталями — перспективными порталами, наличниками, орнаментами карнизов.

Среди более поздних культовых сооружений необходимо отметить церковь Иоанна Предтечи (1751 г.), Введенскую церковь начала XIX в. и колокольню, построенную в честь  предполагавшегося приезда Екатерины II в Каргополь.
Церковь Иоанна Предтечи. 1751 г. Колокольня.
Любопытно, что крест на этой колокольне ориентирован не как обычно на восток, а повернут к Петербургскому тракту, откуда должна была приехать императрица.

Познакомившись с памятниками каменного зодчества Каргополя, сядем на катер и отправимся в южном направлении. Пересечем озеро Лача и поднимемся вверх по реке Свиди, почти до самого озера Воже, откуда и начинался в древние времена путь в «море Студеное».

Свидь — река не широкая, но очень извилистая, необычайно тихая и малосудоходная. На ней даже нет привычных речных знаков — вех или бакенов. В низовьях берега ее отлогие, дома редких прибрежных деревень здесь стоят почти вровень с водой. По мере того как поднимаешься вверх по течению, берега становятся более высокими и обрывистыми... Избы здесь располагаются на возвышенном берегу; у самой воды находятся бани и сараи.

Основной тип крестьянского жилья в бассейне Свиди — изба-четырехстенок... Значительную площадь избы занимает русская печь, размером 2,5—3 квадратных метра. Стоит печь всегда на бревенчатом помосте — опечке, передняя стенка которого украшалась либо росписью, либо резным орнаментом, либо обшивалась филенчатыми щитами. Верхний конец припечной доски часто украшался причудливой резьбой. По сторонам избы размещались широкие лавки, врубленные в стены. В переднем углу обычно располагался стол и над ним иконы.

Примыкающий к сеням двор находится под одной крышей с избой. Он обычно двухэтажный, в первом этаже содержался скот, второй этаж, на который вел бревенчатый помост — «взвоз», отводился для хранения сена...

Довольно часто в селениях на Свиди можно видеть и двухэтажные четырехстенные избы. Оба этажа — жилые и по планировке точно повторяются. Примером могут служить дома первого порядка деревни Бор, стоящие на высоком левом берегу. Такие жилища строили наиболее зажиточные крестьяне.

Из культовых сооружений на реке Свиди находятся малоинтересные небольшие каменные церкви, относящиеся ко второй половине XIX в., а из старых, деревянных, сохранилась только одна — Никольская церковь XVII в. в селе Астафьево. Расположена она на холме в 25—30 метрах от берега, в конце села и представляет собой простейший тип восьмериковых шатровых церквей...

Памятник этот обращает на себя внимание издали, благодаря удачному расположению у поворота реки, на фоне зеленых холмов. Вместе с жилыми домами и рядами бань, амбаров и хозяйственных построек он составляет весьма живописную и характерную для северной деревни картину.

Но повернем к северу. Снова пересечем мелеющее, заросшее камышом озеро Лача и пришвартуемся опять к каргопольской пристани. В Каргополе мы уже задерживаться не станем, нам предстоит здесь только пересесть на автомашину и далее путешествовать по дорогам, ибо река Онега от Каргополя до Ярнемы не судоходна: обилие порогов и перекатов не дает возможности пройти по реке даже самым маленьким судам.

По пути к Коневу, в шести километрах от Каргополя, в открытом поле среди буйного разнотравья расположена небольшая деревня Саунино.
Церковь Иоанна Златоуста. 1655 г. Вход в трапезную. Слева - стена колокольни.
В центре ее возвышается Златоустовская церковь, построенная в 1655 г., а чуть в стороне — шатровая колокольня. Весь комплекс окружен низкой оградой из крупных валунов. Церковь представляет собой обычный тип храма восьмерик на четверике с простой и традиционной планировкой: двухвсходное крыльцо, в настоящее время не существующее, сени, обширная трапезная, квадратное главное помещение и близкий по очертаниям к квадрату алтарный прируб.

Однако постройка имеет некоторую особенность — композиция ее асимметрична. Ось трапезной, сеней и крыльца несколько сдвинута с оси собственно церкви в южную сторону, так, что северная стена до алтарного прируба составляет единую плоскость. Сдвиг подчеркивается главкой на четверике, расположенной над выступающим приделом трапезной. Такая асимметричность придает формам здания пластичность и вместе с тем не нарушает общей уравновешенности объемов.

Златоустовская церковь стоит на высоком подклете из кондовых бревен, двенадцатиметровый шатер рублен «в реж». Главное помещение церкви под шатром покрыто «небом», на двенадцати косяках которого изображены апостолы, а в центральном кольце — поясное изображение Христа. Балки, образующие треугольники косяков, расписаны растительным орнаментом. В трапезной два резных столба поддерживают главную балку. Они обработаны дыньками и жгутами; столб, примыкающий к южной стене, значительно толще соседнего.

Со стороны южного фасада расположена низкая, редко встречающаяся в архитектуре Севера шестигранная колокольня. Шатер ее опирается на шесть столбов по углам сруба и на центральный, идущий до креста. Шатер колокольни в отличие от церкви — стропильный.

Одним из самых интересных в архитектурном отношении мест по среднему течению реки Онеги является территория, расположенная от поселка Конево на запад. Это район высоких лесистых холмов, трясинных болот и многочисленных озер, соединенных между собой мелкими речушками, протоками и ручьями. В древние времена, как утверждают многие исследователи Севера, этот край был весьма оживленным. Через него проходил один из главных торговых путей, связывающих Новгород Великий с рекой Онегой. Как записано в «Писцовой книге Обонежской пятины», этим путем новгородцы пользовались почти до XVII в. Тщательно изучив старые карты и документы, ученые пришли к выводу, что западный водный путь из Новгорода шел через реку Волхов и Ладожское озеро, откуда через Свирь в Онежское озеро и далее по рекам Водла и Черева, через Кенорецкий волок, озеро Волоцкое, реку Волошку, Почозеро, реку Поча, Кенозеро, по реке Кене в Онегу.

Вместе с торговым людом в район западнее реки Онеги проникали и здесь оседали знаменитые новгородские мастеровые «по плотницкой части». XVII и первая половина XVIII в.— время расцвета деревянного зодчества Прионежья. До наших дней здесь сохранились памятники деревянной архитектуры.

На восточном берегу тихого Почозера, в деревне Филипповская, находится ... церковный комплекс - Почезерский погост (уточнение мое-М.З.).
Он включает две церкви — шатровую и бочечную, колокольню и рубленую ограду,..

В окрестностях встречаются маленькие часовни. Они состоят из простейшей клети, покрытой на два ската, и очень близки к гражданским постройкам, особенно хозяйственным. Такие часовни отличаются от обычных амбаров только тем, что на кровле имеют маленький барабанчик с главкой и крестом. Одну из них можно видеть вблизи деревни Филипповская, при въезде на мост (не сохранилась - М.З.), вторую—там же, недалеко от старого, заросшего вековыми елями, кладбища.
д. Филипповская. Часовня за кладбищем. д. Филипповская. Ограда кладбища.
В самом кладбище обращает на себя внимание невысокая рубленая ограда с двумя простыми входами, завершенными четырехгранными шатрами.

В этих местах немало старых мостов. Особенно выделяются два моста через реку Кену. Один из них длиной в 126 метров находится в деревне Кенорецкой-Измайловской, другой, протяженностью 92 метра — у деревни Овчин конец (Федоровская).

Ряжевый мост у д.Измайловская на р.Кене.
Они построены в XVIII в. и, очевидно, повторяют ранние сооружения новгородцев. Конструкция их очень проста, но несколько отличается от мостов через Свидь и ее притоки. Быки — «городни» срублены из бруса и заполнены валунами. Поверх «городней» уложены прогоны из толстых бревен и поперек их настелен сплошной накат, образующий проезжую часть.

Особенно Онежский край славен своими кубоватыми церквами. Они встречаются с самым разным количеством глав — одной, пятью, девятью. Эти храмы, построенные в XVII в., являют собой прекраснейшие образцы декоративного стиля, характерного для архитектуры Московской Руси этого времени. Четырехгранное покрытие со сказочно пышным многоглавием, безусловно, не могло не поразить зрителя и не навести его на мысль о богатстве, силе и могуществе того, по чьему повелению строились такого рода сооружения.

Одна из таких церквей находится в селе Бережная Дуброва. Чтобы ее увидеть, необходимо переехать на левый берег Онеги, в деревню Авдотьино. Оттуда по тропинке, идущей вдоль берега среди густой сочной травы и белой пушистой таволги, направимся к цели. Мощный четверик, завершенный кубом и небольшими главками, виден издали, за несколько километров. После часа с небольшим пути приближаемся к окраине села Бережная Дуброва, где за косым плетнем кладбища на фоне зелени берез стоит «кубоватый» великан.

Село Бережная Дуброва. Никольская церковь, 1678 г.
Церковь была освящена в 1678 г. Главный четырехстенный сруб ее имеет сильно нависающие повалы и покрыт кубом, на котором поставлены, ориентированные по странам света, бочки. На коньке каждой из них — маленькая чешуйчатая главка. Алтарный прируб увенчивается огромной бочкой, которая некогда несла на тонкой ножке главку. Кроме того, луковички имеются по углам куба и в центре.

Все десять глав, венчающие церковь, придают ей торжественность, монументальность и выделяют из общего силуэта «плоской» соседней застройки.

Церковь в Бережной Дуброве сильно искажена позднейшими пристройками с западной стороны. Здание обшито тесом и окрашено. На карнизе повалов имеется надпись: «Сей. . . храм обшит тесом и выкрашен, а внутри украшен иконостасом в лето 1882 г. от благодарных к памяти своим предкам и славе имени бережно-дубровенских прихожан усердием своим и средствами в память 200-летнего юбилея храма. . .»

Познакомившись со столь редко встречающейся композицией многоглавого куба в Бережной Дуброве, вернемся в Конево, поселок, растянувшийся вдоль реки на многие километры.

д.Конево. Часовня.
Здесь нельзя не заметить чрезвычайно живописную клетскую часовню. Она относится к XVIII в. и состоит из двух частей — основного квадратного сруба и притвора с ажурной колоколенкой на шести резных столбах, возможно, некогда имевшей небольшой шатер. У сруба главного помещения — небольшие повалы, обусловившие перегибы высокой двухскатной крыши, покрытой тесом. На конек кровли посажен крошечный четверик, несущий луковку с тонким высоким крестом. Часовня обшита тесом и сохраняет след поздней яркой окраски (киноварные пояса карниза, зеленая главка).

Часовни, как тип простейшего храма, характерны не только для района Онеги, но и для многих других селений Севера. Как уже говорилось раньше, в основе их лежит конструкция, близкая к гражданским постройкам.

Чтобы акцентировать внимание на часовне, выделить ее из рядовой жилой застройки, усложняется силуэт сооружения. Помимо главы с крестом, появляются полицы и повалы, повышается кровля, а начиная с XVIII в. над западным притвором устраиваются невысокие колоколенки, как на часовнях в Коневе и Авдотьино.

От Конева предстоит долгий и не очень легкий путь до судоходной части Онеги, до Ярнемы. По пути до железнодорожной станции Плесецкая довольно часто попадаются часовни и очень простые, состоящие из одного только сруба, и более сложные, как Коневская. В хорошей сохранности клетская часовня в селе Карельское, вероятно, относящаяся к концу XVIII — началу XIX в.

От станции Плесецкая едем тридцать километров поездом до Шелексы. Дальше, на машине леспромхоза, а потом пешком густыми хвойными лесами и болотами, по едва заметной проселочной дороге, через высокий перевал Толвуй, с которого хорошо видна бурлящая в теснине Онега, добираемся до деревни Кирилловская. А отсюда остается лишь двадцать километров до Ярнемы. Это расстояние можно преодолеть либо пешком через лес по берегу, либо опытный старожил на лодке доставит вас через «кипящие» пороги Рыбий и Гусев.

Ярнема — небольшой районный центр с монотонно растянувшимися вдоль реки на два-три километра четырехстенными избами. Отсюда уже можно ехать рейсовым пароходом почти до устья. Эта часть Онеги особенно богата памятниками деревянного зодчества. В пятнадцати километрах от Ярнемы на зеленом холме стоит древний погост Турчасово, откуда открывается чудесный вид на долину Онеги и бескрайние поля. Не случайно на этом холме возник погост. Вероятно, еще в далекие времена новгородцы, прокладывая путь к океану, по достоинству оценили это место, удобное для устройства крепости, могущей охранять плывущие по реке струги и ладьи с товарами. О существовании тут в прошлом крепостных сооружений напоминает само название погоста—Турчасово. Турчас в переводе со славянского означает — дозорная башня.

Древнее селение Турчасово включало небольшое число построек, в том числе и храмы, которые как бы господствовали над окружающей местностью. За пределами городища располагались жилые дома.

Современная планировка Турчасова очень проста. Село двумя рядами изб симметрично располагается по обеим сторонам церковного комплекса.

Основной тип здешнего крестьянского дома — изба-четырехстенка на высоком подклете с обширным двухэтажным двором. Сзади ее помещались огражденные «взвозы» с гранеными столбами. Главные фасады домов обращены в сторону реки. Дома по облику суровы и аскетичны. Некоторое оживление в застройку вносят косые плетни, отделяющие деревню от пойменных земель.
Село Турчасово. Погост
Однако известность Турчасову создали не жилые постройки, а церковный ансамбль. За время своего существования он неоднократно менялся. Появлялись, перестраивались и исчезали церкви и колокольни. Простейшие двухскатные здания заменили шатровые, затем пришли кубоватые одноглавые и многоглавые сооружения.

Еще до 1964 г. Турчасовский церковный ансамбль включал в себя церкви Благовещения (1795 г.), Преображенскую (1781 г.) и колокольню (1793 г.).
д. Турчасово. Церкви Благовещенская и Преображенская. д. Турчасово. Колокольня.
Пожар, возникший от удара молнии в 1964 г., уничтожил лучшую из этих церквей — Благовещенскую.

Исчезновение этого сооружения в корне изменило весь композиционный строй древнего селения. Благовещенская церковь являлась, пожалуй, единственным известным нам памятником народной деревянной архитектуры, который имел чертежи. Они были приложены к указу о строительстве. Поэтому, несмотря на то что постройка уже не существует, ей необходимо уделить некоторое внимание.

План храма был не совсем обычен. Здание как бы делилось на две части: собственно церковь с алтарным прирубом и шестистолбную трапезную с двумя алтарными приделами по углам восточной стороны и сенями, имевшими два входа: южный и северный. Обе части соединялись между собой переходом, который с северной стороны тоже имел прируб с консольной лестницей. Таким образом, в главную церковь можно было попасть или через большую трапезную, или минуя ее, через северный прируб.

Своеобразно и объемное решение церкви. В ней все подчинено единому движению, устремленному ввысь. Оно начинается медленно, с почти статичного объема низкой трапезной, перекрытой на два ската. Два возвышающихся кубических придела, завершенных кубами со стройными барабанчиками главок, усиливают плавный переход от трапезной к стройному шатру, который как бы вдруг с силой вырвался вверх, подняв массивную луковицу с тонким крестом.

Существующая и поныне Преображенская церковь носит совершенно иной характер. Она имеет ярко выраженную центрическую композицию. Однако то неторопливое движение форм, которое ощущалось в Благовещенской церкви, можно наблюдать и здесь. Четыре одинаковых прируба, покрытые довольно крутыми упругими бочками, как бы поддерживают вытянутый вверх узкий параллелепипед главного объема церкви. Причем движение вверх здесь подчеркивается и собранностью главок, завершающих куб, их достаточно высокими шейками и килями бочек, образующих переход от прирубов к основному объему.

Весьма любопытная деталь церкви, очень редко встречающаяся в деревянной архитектуре, — трехлопастная бочка, которая увенчивает пятистенный алтарный прируб.

В 1869 г. Преображенская церковь перестраивалась и была сильно искажена обшивкой, расширением окон и т. д.

Последнее сооружение турчасовского ансамбля — колокольня XVIII в. «Высота ее 22 сажени. . . Колоколов — семь и самый большой из них весил восемьдесят семь пудов». Постройка отличается простотой композиции: на четверике помещается низкий восьмерик, на котором возвышается арочная галерея звона. Завершается колокольня куполом со шпилем.

Турчасовский ансамбль архитектурно объединен с жилой застройкой села. Этому способствовало, как пишет исследователь русского северного жилища П. В. Маковецкий, и «наличие одного и того же материала, одной и той же техники его обработки, общего модуля и ритма горизонтальных венцов многочисленных срубов. Ритмическое движение нарастало последовательно, с определенными интервалами и акцентами, от эпически спокойных горизонтальных изб и трапезной церкви (Благовещенской) к вертикальным объемам приделов, к необычной кубоватой форме их кровли, от медленного ритма редко расположенных жилых построек к стремительному разбегу криволинейных очертаний главок, в игре резной чешуи утопающих в безграничном просторе голубого неба. Это движение с новой силой подхватывалось резко сокращающимся кверху шатром центрального столпа и повторялось в мощном аккорде архитектурных форм второй, девятиглавой церкви. Так от прочно стоящих на земле бревенчатых срубов к изысканному легкому силуэту венчающей части здания развивалась эта композиция, вызывающая чувство глубокого эстетического удовлетворения у зрителя».

Километрах в двадцати пяти — тридцати ниже по Онеге находится церковный комплекс Вазенцского погоста, который по композиции и формам в значительной мере сходен с турчасовским ансамблем. Расположенный в центре деревни, погост включал три постройки: две церкви — кубоватую и шатровую и отдельно стоящую колокольню. Центральное место в ансамбле занимает колокольня, стоящая очень близко к реке, на низких ровных берегах которой расстилаются заливные луга. С одной стороны это сооружение выполняло роль дозорной башни, с другой — создавало вертикальный акцент, нарушая монотонность окружающего пейзажа. Колокольня была построена приблизительно в 1860—1865 гг., но по своему типу она восходит к XVIII в., целиком повторяя турчасовскую.
Погост Вазенцы
Самое высокое сооружение ансамбля — Ильинская церковь, воздвигнутая в 1786 г. на месте старой, снесенной за ветхостью.

Церковь выходит на реку широким двухвсходным крыльцом. Верхняя лестничная площадка — рундук поднята высоко над землей и покоится на выпущенных из сруба бревнах. Тесовая кровля крыльца поддерживается стройными резными столбиками, придающими ему легкость.

Распределение масс здания Ильинской церкви близко по характеру к Благовещенской церкви в Турчасово.

Ильинская ц., алтарный прируб.
Рис. Г.Алферовой.
Обращает на себя внимание алтарный прируб, увенчанный чрезвычайно редко встречающейся причудливой трехмастной бочкой.

Внутреннее убранство храма не сохранилось. В 1899 г. Ильинская церковь реставрировалась. Были сделаны каменные фундаменты, обшиты тесом углы храма и обновлена крыша.

Другая церковь в Вазенцах, построенная в начале XIX в., представляет собой четверик, крытый кубом с пятью главами. С запада пристроена трапезная с крыльцом. Здание сильно искажено позднейшими перестройками.

Церковный комплекс погоста в Пияла мало чем отличается от двух предыдущих. Он также размещен среди жилых домов, амбаров, бань и мельниц, которые активно участвуют в создании силуэта архитектурного ансамбля.

Погост в Пияла, так же как и Турчасовский, видимо, возник в период освоения «людом новгородским» новых земель Прионежья и Поморья.

Еще до недавнего времени в центре села стояло три сооружения: пятиглавая, покрытая кубом, церковь Климента (1685 г.); шатровая Вознесенская церковь (1651 г.) и колокольня (1700 г.). Сейчас здесь осталась только одна Вознесенская церковь. Это — крещатое в плане сооружение. Четыре прируба по сторонам центрального объема обеспечивают устойчивость высоким стенам четверика, подобно контрфорсам. Переход от боковых прирубов к центральному четверику, а от него к шатру в Вознесенской церкви осуществляется тремя последовательно повышающимися бочечными ярусами. Кили бочек второго яруса увенчаны луковками на очень тонких ножках. Такое ступенчатое нарастание объемов составляет основу композиции здания... 
Погост в Пияла. Реконструкция Ю.С.Ушакова
В 1882 г. Вознесенская церковь была капитально отремонтирована и обшита тесом. Тогда же были расширены окна и сделаны железные кровли, обезобразившие ее внешний вид.

До сравнительно недавнего времени в бассейне реки Онеги, от озера Лача до самой Онежской губы, стояло очень много мельниц-столбовок. Одну из них и сейчас можно увидеть на берегу реки в селе Пияла. Она невысока. В основе ее — восемь наклоненных к центру столбов. На них вращается четырехугольный сруб мельничного амбара, сбоку которого на выпусках устроен балкон с висячей лестницей. Сруб покрыт на два ската. В заднюю стену его врублены три бревна — «воротила», с помощью которых направляются крылья мельницы «на ветер». Такой тип мельниц на стойках распространен только в районе реки Онеги.

Чем ближе к Белому морю, тем все чаще встречаются кубоватые церкви с каноническим пятиглавием на главном объеме и почти совершенно исчезают церкви шатровые.
Храмовый ансамбль с.Чекуево. Реконструкция (из книги Ю.С.Ушакова)
Так, в селе Чекуево, там где Онега разветвляется на два рукава, вместо шатровых церквей, характерных для онежских погостов, были поставлены две кубоватые церкви (1675 и 1687 гг.). Из них сохранилась только одна — Преображенская церковь, причем кубоватое покрытие ее утрачено. Это характерное для XVII в. сооружение, необычайно красивое по силуэту, требует реставрации.

Далее, при слиянии рек Онеги, Малой Онеги и Кожа, стоит кубоватая Климентовская церковь, построенная в 1695 г. В самом устье Онеги, недалеко от впадения ее в Белое море, в селе Подпорожье, были возведены две кубоватые церкви — Владимирская и Троицкая.
Слева - Троицкая ц., справа - Владимирская ц., в середине - колокольня. Фото В.Суслова, 1886 г.
Необычна по сочетанию объемов Троицкая, сооруженная в 1725— 1727 гг. Она состоит из трех четвериков. Два из них, к которым примыкает трапезная, имеют покрытие в виде одноглавых кубов, третий, более высокий, завершен пятиглавой кубоватой кровлей. Над главным алтарным прирубом возвышается большая бочка с резным гребнем на коньке и маленькой главкой. Все главы у основания украшены плоскими кокошниками.

Кубоватое покрытие не было вызвано к жизни решением каких-либо конструктивных задач,—оно выполняло только декоративную роль, усиливая впечатление нарядности и великолепия построек.

Наличие большого количества кубоватых церквей в низовьях реки Онеги и ее притоков, а также вдоль южного берега Белого моря не случайно. Оно объясняется бли­зостью таких больших монастырей, как Соловецкий и Крестный на Кий-острове. В этих монастырях и землях, им принадлежащих, раньше всего начали проводиться в жизнь принципы новой церковной политики и те требования, которые предъявлял патриарх Никон к архитектуре церковных сооружений: «Церковь строить по правилам святых апостол и святых отец, чтобы была о пяти верхах, а не шатром». Естественно, что поблизости мест, часто посещаемых официальными церковными лицами, в том числе и самим Никоном, шатровые здания «в чистом виде» оставаться не могли. Зодчие изощрялись в попытках обойти запрет. Чтобы создать видимость пятиглавия, центральный шатер окружался четырьмя прирубами, завершенными главками. Так было в Вознесенской церкви в селе Пияла. Но наибольшее распространение, не вызывая большого протеста со стороны церковных властей, имели кубоватые покрытия. Они хотя и уступали шатру по своим живописным качествам, по силуэту, но были ближе к старому традиционному русскому зодчеству, чем любая другая форма кровли.

Район Свиди и Онеги славится не только кубоватыми церквами. Здесь находится единственный в своем роде монументальный памятник — Каргополь. Не меньшую ценность представляют и сохранившиеся почти в нетронутом виде многие сооружения гражданского зодчества, целые посады, села, дающие возможность представить себе жизнь прежних обитателей этих мест.

Примечания:
1. Глава из книги И.Бартенева и Б.Фелорова "Архитектурные памятники Русского Севера, "Искусство", 1968.
2. С небольшими сокращениями.
3. Схема памятников ДЗ на  Онеге и Свиди - из книги. Остальные иллюстрации: черно-белые - из книги, остальные - из архива сайта и интернета.
4. Фрагмент о Кенозерье и д.Конево из этой книги  см.
здесь.