Н.А.Макаров,
кандидат исторических наук

КЕНОЗЕРО В КОНЦЕ XIX— НАЧАЛЕ XX ВЕКОВ

Под общим названием Кенозеро в конце XIX века подразумевались волости: Кенозерская Каргопольского уезда и Вершининская Пудожского уезда Олонецкой губернии. Вершининская волость располагалась на западном берегу озера Кенозеро в 115 верстах от уездного города Пудожа.

Сельское хозяйство

Главным занятием населения Кенозера было хлебопашество. Но у большинства жителей своего хлеба на год не хватало.
Главные причины — отсутствие плодородных земель и нехватка земли поблизости от деревни. Значительная часть земельных наделов, пригодных для пашни, была отделена от деревни простями (проливами). Не имея сухопутного подъезда или из-за большого объезда лахты (залива), земли, необходимые для выращивания хлеба, не разрабатывались.

Основными культурами являлись ячмень и рожь. Овса сеялось немного. Лен, конопля и репа сеялись повсеместно, но в небольших размерах.
Пашня удобрялась навозом, торфом.
Велось правильное трехполье.

Посевы яровых начинали с первых чисел мая («Никола в севу»). Картофель сажали на неделю позднее посева ячменя. Рожь и ячмень вызревали одновременно, и уборка их заканчивалась во второй половине августа. Посевы озимой ржи начинались с 20 июля, заканчивались 6 августа (на Преображение).

Урожайность ржи составляла в лучшем случае около 5 центнеров с гектара (30 пудов с десятины), ячменя — около 7,5 центнера с гектара (45—50 пудов с десятины). На урожай сильно влияли заморозки.
Железных плугов на Кенозере было немного, но бороны с железными зубьями — широко распространены.

Своего хлеба на Кенозере хватало в лучшем случае до зимнего Николы (19 декабря).

Жители Кенозера занимались и овощеводством, но в незначительных размерах (брюква, редька, капуста...).

Интерес представляет и такой факт: в деревне Вершинине, при училище Министерства народного просвещения имелось даже несколько привитых десятигодовалых яблонь. При этом отмечался «...рост дерева сильный, длина одногодичных побегов за 1913 год достигла 10 вершков», было «...много плодов. Плоды были крупные и хорошего качества...».

Отхожий промысел

Для заработка денег на покрытие расходов на хозяйство и на покупку хлеба значительная часть населения Кенозера уходила на отхожие промыслы.
Редкая семья на Кенозере не имела хотя бы одного человека на государственной службе или на работах в Петербурге. При этом они по нескольку лет не бывали дома.
Но и постоянно проживающие на Кенозере уходили на более или менее продолжительное время (по нескольку месяцев) на заработки.

Самым распространенным и выгодным, если можно так сказать, промыслом для кенозёров была мелкая торговля. Этим промыслом занимались кенозёры с сентября до марта, то есть самое дорогое для крестьянина время — лето — торговец живет дома, работает в хозяйстве.
На заработки торговец-кенозёр уходил без лошади. На проезд тоже не тратился, так как торговля начиналась с первой деревни от дома.
Как бы далеко ни ушел коробейник, обратная дорога также ему не стоила ничего. Все, что зарабатывал, кенозёр приносил домой. Этим промыслом кенозёры занимались давно.

В начале XIX века основным промыслом кенозёров была не торговля, а ремесло. Они занимались изготовлением костяных гребней и щетей для чистки льна. Отсюда долгое время промысловиков-торговцев с Кенозера называли «гребенщиками». Но со временем изготовляемые кенозёрами гребни стали вытесняться с рынка более дешевыми деревянными гребнями фабричной работы. Тогда кенозёры-«гребенщики» стали носить с собой не только свои инструменты для работы — гребни, но и мелкие товары для торговли, как говорили в то время, «в разность».
Осенью с коробом за плечами или на санках зимой расходились кенозёры по всей Олонецкой губернии, но большая часть их идет в Архангельскую и Вологодскую губернии, нередко заходили даже в Новгородскую и Тверскую губернии.
Основной капитал такого торгового промысла составлял от пяти до десяти рублей. Но коробейники считали, что этого вполне достаточно, так как товар, которым они торговали, стоил «по грошу ноша».
В XIX веке товар «гребенщики» приобретали в Каргополе, Пудоже, Вытегре. С вводом в эксплуатацию железной дороги Архангельск—Вологда в 1897 г. торговцы с Кенозера стали закупать товар в Москве и Петербурге.

Каким товаром торговали кенозёры? Крестиками, кольцами, пуговицами, иголками, наперстками, шильём, ленточками, шнурками, гребенками, булавками и т. п. Товар выбирался самый дешевый, и прибыль в процентном отношении получалась от 50 до 500 процентов на рубль. Но так как покупали коробейники товара немного, то и прибыль равнялась обыкновенному заработку: от 50 до 150 рублей за зиму. Но преимущество перед другими промыслами — это более легкий труд. По размерам покупки одним покупателем этот промысел был не больше, как «с миру по нитке, голому рубашка».

Церковное строительство

Из «Платежной книги Каргопольского уезда 1555/56 гг.» Якова Сабурова и Ивана Кутузова мы узнаем, что уже в XVI веке в «Кенозерской волости на Кено озере на острове погост...».

В XVII веке на месте утраченных (по преданию) храмов были построены деревянные церкви — холодная Успенская (1670 г.) и теплая Петра и Павла (1690 г.). В 1842 г. обе церкви сгорели.

На их месте были построены новые.
Холодный храм во имя Успения Пресвятой Богородицы был возведен в каменном исполнении (сохранился до наших дней). Теплый храм 17 июля 1875 г. вновь сгорел.

Строительство теплого храма стало возможным лишь после пожертвования двух тысяч рублей торгующим крестьянином Алексеем Федоровичем Нечаевым, который несколько лет был ктитором Кенозерской приходской церкви.
Помимо этого вклада он на свои средства выстроил каменную ограду вокруг погоста, приобрел праздничный (главный) колокол для колокольни весом в 109 пудов 5 фунтов, то есть почти 1750 килограммов!
Им также было устроено помещение для церковно-приходской школы.

Решение о строительстве нового храма было принято на церковно-приходском сходе 13 февраля 1898 г. по предложению священника Владимира Крючкова. С разрешения и благословения Преосвященнейшего епископа Олонецкого Назария 6 августа того же года был заложен деревянный трехпридельный храм в честь Святителя и Чудотворца Николая, Благовещения Пресвятой Девы Марии и мученицы царицы Александры, в память коронования их императорских величеств государя императора Николая II и государыни императрицы Александры Федоровны.
Благодаря энергии и трудам настоятеля прихода священника Владимира Крючкова и ктитора церкви Александра Алексеевича Нечаева, были изысканы средства, необходимые для строительства храма. Самое крупное пожертвование поступило от крестьянина Константина Алексеевича Нечаева: им приобретен иконостас стоимостью более семи тысяч рублей работы петербургского художника Петрова.

Летом 1902 года строительство храма было завершено. По благословению Преосвященнейшего епископа Олонецкого Анастасия благочинным 2-го церковного округа Пудожского уезда священником Николаем Тихомировым 16—18 декабря 1902 г. было совершено освящение нового Никольского храма. Эта церковь сгорела в 1975 г.

К сожалению, исследователь А.В.Камкин ошибочно указал, что храм был освящен как Успенский и в 1903 г.

В июле 1890 г. из Кенозерского прихода выделился самостоятельный Ряпусовский приход. Приходская церковь во имя Сретения господня располагалась в Майлахте. Священником Ряпусовского прихода около 30 лет (1890 — после 1917) был Иоанн Михайлович Казанский (1853 — после 1917).

Торговля

У стен погоста в XIX — начале XX вв. шумели весело ежегодные ярмарки. Кенозерские ярмарки по продолжительности торговли и торговым оборотам являлись самыми большими в Пудожском уезде.

В течение года на Кенозере проводилось пять ярмарок.
Еще в 1857 г. была учреждена Благовещенская ярмарка. Первоначально была четырехдневной, в 1880-е годы — семидневной, в начале XX века — пятидневной — 25—29 марта (7—11 апреля по нов. ст.). Ярмарка была довольно оживленной: в 1880 г. ее посетили около 3,5 тысячи человек. В неурожайном 1885 г. «стечение народа простиралось до 2000 человек», товаров было привезено на 27 тысяч рублей, приняли участие 30 торговцев.
Не менее известны на Кенозере трехдневные: Крещенская — 6—8 января (19—21 по нов. ст.), Успенская — 15—17 (28—30) августа, Покровская — 1—3 (14—16) сентября и двухдневная Петровская — 29—30 июня (12—13 июля). Крещенские ярмарки иногда проходили по 7—8 дней.

Кенозеро находилось на границе Пудожского и Каргопольского уездов. На ярмарках жители Каргопольского уезда, как более промышленного и земледельческого, больше продавали, а жители Пудожского уезда, живущие чаще на заработках и промыслах, больше покупали.

Торговцы товарами фабричного производства почти все были из Каргополя, иногда из Пудожа. Приезжали купцы даже из Ярославля, Вологды, Казани. Жители Быковской, Кенорецкой и Ошевенской волостей Каргопольского уезда торговали зерном и мукой своей выпашки и размола. Каргопольцы торговали традиционно чашками, ложками, горшками, игрушками, ошевенцы — выделанными кожами. Жители Водлозерской волости Пудожского уезда торговали свежей, соленой и сушеной рыбой. Жители Пудожского уезда традиционно и только на зимних ярмарках торговали продуктами охоты. Жители Почезерской волости торговали шкурами зверей — белок, лисиц, зайцев, горностаев, куниц — и дичью.

На Благовещенской ярмарке 1902 г. почозеры вывезли на продажу много шкур лосей и оленей, хотя охота на них была запрещена.

Главными покупателями на ярмарках были кенозёры и жители Водлозерской и Почезерской волостей. Больше всего покупали хлеба. Отсюда и основным занятием водлозеров и почозеров были охота и рыболовство. Хорошим спросом на ярмарках пользовались косы, серпы фабричного производства.

Всенародное российское зло — пьянство царило на всех кенозерских ярмарках, несмотря на то, что казенная винная лавка была закрыта (на время ярмарки).
Откуда бралась водка? Главным продавцом и производителем водки были кенозёры.
Во время ярмарок в ближайших деревнях почти в каждой избе действовали шинки. Покупатель пил на дому, на вынос — дороже на 10 копеек с бутылки. Каждый, кто на ярмарке купил или обменял лошадь, продал скупщику дичь или шкуры, пьет так называемые «литки», при этом угощает всех присутствующих.
Были кенозёры, которым выпивка не стоила ни копейки: они имели при себе стаканчик и шило. Этими предметами запасался не каждый, едущий на ярмарку. «Предусмотрительные» кенозёры предлагали свои услуги — откупорить шилом бутылку и дать в пользование стаканчик, а за услугу...

Значение ярмарок было значительным. Они регулировали цены на товары, сдерживали аппетиты местных торговцев- монополистов, давали возможность жителям Каргопольского уезда сбывать излишки хлеба, что сдерживало рост цен на привозной хлеб из Рыбинска.

Праздники

Каждая кенозерская деревня, как бы мала ни была, праздновала два-три больших праздника в год:
в деревне Екимово особо праздновали Преображение Господне — 6(13) августа;
в деревне Горы — в честь иконы Тихвинской Богоматери 26 июня (9 июля);
в деревне Семенове — память мучеников Флора и Лавра — 18 (31) августа (Флор и Лавр на Кенозере считались покровителями лошадей);
в деревне Усть-Поча — в честь Казанской Божьей Матери — 8 (21) июля;
в деревне Сысово главным праздником было Сретенье 2(15) февраля;
в деревне Майлахта — в честь св. мучеников Кирика и Улиты — 15(28) июля;
в деревне Карпове — в честь св. Пахомия Кенского (1450—1525), основателя и первого игумена Кенского монастыря, — в первую субботу после Крещения Господня;
в деревне Горбачиха — Рождество Иоанна Крестителя — 24 июня (7 июля);
в деревне Чолма — в честь св. мучеников и чудотворцев Космы и Дамиана (Кузьмы и Демьяна);
в Тырышкино — в честь Параскевы Пятницы — 28 октября (10 ноября).

Особо на Кенозере почитался и празновался Никола Чудотворец, покровитель людям на воде; весенний — 9(22) мая и зимний — 6(19) декабря. По-особенному Николу праздновали в деревнях Вершинине, Усть-Поча, Бухалово и других.

Самые крупные праздники (по нескольку дней) проходили на Погосте в дни ярмарок — на Благовещение, Крещение, Успение, Покров и Петров день. Устраивали знаменитые кенозерские карусели и качели. У дома торгующего крестьянина Нечаева была площадка, на которой устраивали танцы — кадриль (кадрель), т. н. «портянку» и латцу.
В ярмарочные дни на Погост съезжалась почти вся молодежь со всего Кенозера: парни присматривали себе невест. Если у кого-либо из девушек в Вершинино были родственники, которые приглашали ее в гости, то по обычаю приглашали ее с подругами. Не пригласить подруг было нельзя, но и девушкам нельзя было отказываться от приглашения. Приглашенных часто оставляли ночевать.
Не только молодежь, но и большая часть населения Кенозера, на тарантасах и лодках, празднично украшенных, съезжалась в Вершинино. Праздничную одежду везли с собой в кутелях. В праздник люди приглашали друг друга в гости. Приезжих часто приглашали к себе в тарантас или в лодку, угощали знаменитыми калитками.

Особо на Кенозере отмечали Пасху, в Пасхальную неделю не работали. Праздновали до Прощеного воскресенья, на Кенозере его называли Хоминским. К Пасхе по обычаю шили новую одежду. Интерес представляет и то, что на Кенозере праздновали не только основные церковные и свои, в деревне, праздники, но ходили на праздники в гости в соседние деревни. Причем к праздникам приходили накануне или оставались ночевать на второй день.
Любители праздников ходили за двадцать и более верст. Корреспондент «Кенозер» писал в «Вестнике Олонецкого губернского земства»: «Любопытно бы записывая в течение года все праздники, празднуемые дома и в гостях, наблюдая над одной какой-нибудь семьей, вывести итог прогульных дней и расход на праздники в году. Какая бы, наверное, получилась громадная сумма по всей (Вершининской) волости».
И далее следует интересный, да и актуальный вывод: «Никаких мер к уменьшению праздников или расходов на них не принимается, а это одна из первых причин бедности крестьян». Таковы некоторые зарисовки из жизни Кенозера столетней давности.

(из сборника материалов Первой Всероссийской научной конференции «Кенозерские чтения», Архангельск, 2004 г. )

Перейти на страницу Н.А.Макарова