Н. В. Тарановская, О. В. Алексеева

РЕЗЬБА И РОСПИСЬ ПО ДЕРЕВУ
из сборника "Народное искусство Каргополья",
изд. Гос. Русский музей, С.-Петербург, 2006

Коллекция деревянных изделий, украшенных резьбой и росписью, происходящая из Каргопольского уезда, сформировалась в Русском музее благодаря экспедициям Отдела народного искусства в 1960-е годы. Основу ее составляют резные и расписные прялки. Но есть помимо того рубель, трепало, корзины, плетеные из лыка, и предмет мебели, редко встречающийся в музейных собраниях и определенный Н.В.Мальцевым как скамья. Она была обнаружена в одной из старообрядческих часовен на Кенозере.
Собрание деревянных изделий Каргопольского уезда (обширной территории по реке Онеге, ее притокам и озерам) происходит только из мест, ограниченных верховьями Онеги, реки Волошки — правого притока, и левобережья, волостей вокруг Кенозера и короткой реки Кены, вытекающей из него и впадающей в Онегу возле большого села Конево.
Исторически земли уезда входили сначала в Новгородские владения, затем в Ростово-Суздальские и окончательно в Московские, впитав культурные и художественные влияния этих крупнейших регионов Русского Севера и центральных земель.

Резьба и роспись по дереву в Каргопольском уезде родственны широким традициям этих видов русского народного искусства, веками, до начала XX века, формировавшимся в Новгородской, Олонецкой, Архангельской, Вологодской и Тверской губерниях....
Наиболее „древний" предмет в собрании деревянных изделий — упоминавшаяся выше скамья из часовни в деревне Горбачиха Кенозерской волости (ныне Плесецкий р-он - М.З.). Подобные изделия столярного дела датируются исследователями ХVII-ХVIII веками. Ее размеры (51 х 48 х 107 см) как будто говорят в пользу признания вещи как скамьи, но при тщательном осмотре выясняется, что четыре ножки опилены и, видимо, сравнительно недавно, так как на одной ножке срез сохранился не потемневшим от времени. Кроме того, чуть выше срезов видны пазы на ножках — места крепления каких-то деталей. Очевидно, это были крепления так называемых проножек, досок, соединяющих в прочную конструкцию столбики ножек. Такие конструкции характерны лишь для столов. Это тоже редкие образцы мебели, сохранившиеся от прошлых времен. Высота их обычно не превышает восьмидесяти сантиметров с несколькими вершками....

Деревянное подстолье
ХVII-ХVIII вв.

Он имеет четыре кубоватых стояка, переходящих в ножки. С внутренней стороны стояков вдоль всей их высоты проходят узкие пазы. В них вдвигались горизонтальные доски, образующие обвязку подстолья в виде глубокого ящика. Верхние горизонтальные доски с обеих сторон переходили в выносы фигурных кронштейнов, на которые и ложилась крышка стола шириной 48 см и длиной 107 см. Внутрь подстолья можно было
Таким образом, в собрание деревянных изделий Каргопольского уезда вошел редкостный экспонат — деревянное подстолье ХVII-ХVIII веков, предмет мебели, в крупных музейных собраниях встречающийся в единичном числе.
Сработано подстолье топором без применения гвоздей, украшено резьбой с помощью стамески и ножа. Крупные розетки предстают в наборе орнаментальных приемов, обнаруживающих развитое состояние этого искусства обработки дерева. Отметить это необходимо прежде всего потому, что в собрании каргопольских деревянных изделий существует временная лакуна. До наших дней дошли вещи уже XIX века. Они несут в себе те же традиции декоративной резьбы по дереву, что открылись нам в убранстве подстолья. При этом язык этого искусства со временем, конечно, усложнился и обогатился. Именно эту тенденцию мы видим в резном декоре местных прялок.

В нашем собрании есть еще два предмета: трепало для обработки льняных волокон и рубель для выкатывания холстов и белья. По времени они относятся к первой половине — середине XIX века. Рубель имеет у рукоятки врезную дату „1857".
Трепало с реки Волошки из Усачевской волости (видимо, Няндомский р-он - М.З.) в виде плоской дощечки с рукояткой по верхнему краю украшено округлыми зубцами и отверстиями, а ниже — двумя рядами скобчатых выемок. Верхние направлены вправо, а нижние — влево, образуя волнообразный ритм порезок. Создается впечатление кружева или струящегося ручейка с гребешком по верху. На конце трепала, словно рождающаяся на гребне волны, голова коня. Удивительно цельное художественное впечатление возникает при виде этого незамысловатого, но важного орудия женского труда.
Образ коня синтетичен, возник в глубокой древности у финно-угорских и славянских племен. Он символизирует солнце, является знаком, оберегающим от зла, носителем добра.
И не случайно вся дощечка трепала ровно выкрашена в красный цвет. Порезки по краю дощечки свидетельствуют, что кроме прямого долота появилось у мастеров и круглое, что еще более расширяло возможности орнаментальной резьбы приемами не только трехгранновыемчатой, но и скобчатой, более динамичной резьбы.

сверху - рубель,
снизу - трепало

Рубель — более увесистый и объемный предмет. Рабочая сторона его рубчатая, катающая накрученную на круглый каток ткань, а верхняя — выгнутая. Средняя плоская полоса „горбушки" украшена рядом из семи кругов с вписанными в них различного рисунка розетками. Среди них только дважды повторяются вихревые. Глубина и формы лучей этих розеток различны. Весь их ряд как бы демонстрирует фантазию мастера, создающего, словно играя инструментом, все новые прекрасные формы узоров. А боковые стороны рубеля украшены плоскорельефной резьбой в виде рядов мелких ромбиков и зигзагов. Резьба на верхней поверхности рубеля несет не только эстетическую, но и рабочую функции. Рубель не скользит под рукой во время работы. Женщина с силой опирается на него левой рукой и вместе с правой, держащей рукоять, плавно толкает, прокатывая палку с накрученной на нее тканью.

Вихревые, лучевые, многолепестные розетки, как и образ коня, имеют древний и глубокий символический смысл. Это образы солнечного диска, солярные знаки. Розетки с лепестковыми лучами, вписанные в круги с зубчатым орнаментом, украшают и детали одежды каргопольских крестьянок — подолы фартуков, и концы полотенец. Они исполнены тамбуром белыми или золотистыми нитями по кумачу, как бы подчеркивающему солнечную природу этого орнамента. Эти знаки словно освящают, одухотворяют не только вещи, окружающие человека в доме, но и сам дом. В Каргополье щипцы кровель домов украшают свешивающиеся перед фронтонами „солнышки" — большие ажурной резьбы розетки.

Наиболее полно раскрывалось мастерство резчиков в украшении прялок. Прялка в виде лопатки — „лопаски" различной величины на ножке, с отходящим под прямым углом к ней донцем, одно из древнейших орудий женского труда. Искусство изготовления прялок изначально было связано с мастерством строителей, плотников и столяров — „древоделов", как говорили на Руси. Этот древнейший станок для прядения кудели вырубался из высокого пня ели, сосны, березы с отходящим от него корнем. Из пня можно вырубить две прялки. Инструментами служили все те же топор, долото, нож. Прялки часто делались в Каргополье только для своей семьи и соседей, но отдельные мастера работали и на продажу.

По реке Онеге и ее притоку Волошке в пределах Каргопольского уезда распространены прялки-лопаты или "копылы", как их еще называли. Они имеют лопасть в виде доски прямоугольной формы гармоничных пропорций, переходящую в ножку-стояк. Верхний прямой срез лопасти украшают "городки" в виде ряда кружков и усеченных треугольников, обращенных основаниями вверх. Нижний край лопасти украшают "сережки" тех же вариаций формы...

Прялки слева направо:
1. Прялка. XIX век. Кенозеро
2. Прялка. Конец XIX -начало XX века. Дер. Кобели, Волосовская волость.
3. Прялка, 1899 г. Дер. Ломакино, Усачевская волость.
4. Прялка. Вторая половина XIX века.


Вся поверхность лопасти прялок с реки Волошки Усачевской волости густо покрыта узорами, глубоко врезанными в толщу доски. Главенствует мотив круга с вписааной в него лучевой или шестилопастной розеткой....В резьбе некоторых прялок с реки Волошки встречаются характерные мотивы крупного мощного треугольника, расчерченного на ряды разнонаправленных малых треугольников и помещенного в нижней части лопасти.

Орнаментация каргопольских прялок, играющая узорочьем и светотенью, завораживает своей неповторимой красотой и при этом не разрушает общий архитектурно-выразительный образ прялки. Предмет предстает во всей своей целостности формы и убранства..


На фото: два вида прялок. Левая - кенозерская, из дер.
Зихново, мастер П.П.Завьялов(1878-1967).
Правая - каргопольская, дер. Воробьи, 1879 г.

 

Особая форма прялки сложилась вокруг Кенозера и по реке Кене.. Прялки с Кенозера имеют вытянутую лопасть с треугольным завершением, усаженным пятью-семью круглыми городками, опирающуюся на короткую фигурную ножку, переходящую в донце.
В собрании Русского музея есть несколько прялок кенозерской формы, но с резным орнаментом сродни онежским и волошским. В узоре преобладает над всеми мелкими порезками крупная лепестковая розетка с углубленными врезами, своими мягкими гранями создающая светотеневую игру. Этот тип резьбы, видимо, предшествовал новой системе орнаментации кенозерских прялок, сложившейся в последней трети — конце XIX века. Прялки с традиционной резьбой показывают, как постепенно складывается новая система орнамента.
Так, на одной прялке вырезаны сверху три яруса треугольников, посередине — фигура полукруглой чаши на высокой ножке, образованной двумя дугообразными линиями из мелких треугольничков, а ниже — большой двойной круг с розеткой. В верхней части лопасти полукруглым долотом и ножом вырезаны две миниатюрные фигурки птиц. Это не единственная прялка с изобразительным мотивом. В собрании музея есть еще одна прялка. В верхней половине ее лопасти изображена фигура в виде веера с лучевой розеткой внутри, а в нижней части — крупный усеченный треугольник из резных полос, увенчанный круглой розеткой-головой и двумя отходящими в сторону полосками резьбы, как воздетыми руками, держащими малые розетки. Это парафраз образа великой богини земли, который часто встречается в северной вышивке.

 

Прялки Кенозера слева направо:
1. Дер. Тырнаволок. Вторая половина XIX века.
Мастер И.И Врагов (1841-1900)
2. Кенозеро. XIX век
3. Дер. Горбачиха. XIX век

Постепенно складывается система мелкоузорной резьбы: в центре композиций небольшой круг, разделенный на секторы, сплошь заполненные, словно бисером, порезками разной конфигурации. Сверху и снизу от круга отходят дугами полосы, заполненные мельчайшими треугольничками. Верхняя и нижняя части лопасти сплошь заполнены полосами орнамента из расчерченных квадратов, ромбов, мельчайших треугольничков, плоских зигзагообразных полос и рядов из новых фигур. Рисунок их узора порывает с традиционными формами. Круги розеток превращаются в эллипсы с ребристыми изогнутыми тягами. Веерообразно расходящиеся лучи то идут цепью в одну сторону, то навстречу друг другу, в местах соединений образуя ребро. Тогда узор начинает казаться выпуклым. Узоры кенозерских прялок ложатся четкими неглубокими по резьбе полосами, треугольными, ромбическими и круглыми фигурами, четко организующими плоскость лопасти.

Утверждение новой системы орнаментации на Кенозере связано с именами трех мастеров, работавших здесь во второй половине XIX — начале XX века. Это рыбак из деревни Тырнаволок (Тамбич Лахта) Иван Иванович Врагов (около 1841-1900), мельничный плотник Петр Пугачев (1850-1919) из деревни Горбачиха и его ученик Прокопий Прокопьевич Завьялов (1887-1967) из деревни Зихново.

Резьба на Кенозере сопровождается раскраской и вкраплениями росписи. В других волостях по Онеге она все более уступает место росписи и совсем исчезает.

Народная живопись на Каргопольской земле — явление яркое и стилистически многогранное, тесно соприкасавшееся с искусством резьбы, а чаще всего сосуществовавшее с ним в единстве. Это наиболее показательно на обширном круге предметов крестьянского быта из дерева, представляющих значительную часть каргопольского собрания народного искусства ГРМ. В коллекции представлены фрагменты домовых росписей, плетеные из луба и раскрашенные корзинки с простейшим, но выразительным и ставшим традиционным живописным узором, а также прялки, которые и формируют основной базовый материал, дающий возможность систематизации и анализа искусства народных живописцев Каргополья.
Известно, что здесь, на земле с богатым художественным наследием, крестьянские художники расписывали дома как снаружи (выносы кровель, фронтоны изб, ставни), так и внутри (переборки комнат, шкафчики, двери), украшали свадебные дуги, сундуки, посуду. Однако именно прялки богаче всего представлены в музейных собраниях и показательны в качестве примера распространения и развития живописного направления народных росписей... Исполненные кистью без контурной обводки и предварительного рисунка элементы растительного орнамента или дополняют отдельными цветочными розетками, а иногда целыми гирляндами резной декор каргопольской прялки, или самостоятельно, без резьбы, организованы в различные по сложности цветочные композиции (куст, букет в вазоне)....

 

Прялки слева направо:
1. Дер.Авдотьино. Коневская волость.1897 г.
2-3. Дер. Надконецкая, Коневская волость. 1902 г.

Из подписных прялок самая ранняя датируется 1879 годом и происходит из Коневской волости. Она представляет собой образец с выразительным резным изображением дома на лицевой стороне лопасти. Помимо резной рамки, домик, выкрашенный в желтый цвет, обрамляет живописная гирлянда из некрупных, соразмерных элементам трехгранновыемчатой резьбы, белых распустившихся цветов и сине-белых бутонов с листьями. Легкость резного декора, его полихромная раскраска, красный цвет поля вокруг дома и разноцветная гирлянда создают образ праздничной вещи.
Эта коневская прялка, как и подобные ей каргополькие прялки, сочетающие в своем декоре резьбу, раскраску и роспись, уникальна своим сочетанием, где геометрическая архаика трехгранновыемчатой резьбы, усиленная цветом раскраски, входит в соприкосновение с реализмом цветочной росписи. Такое сосуществование — как проекция, отображающая несколько уровней художественного сознания крестьянского мастера — от абстрактного мифотворчества до опоэтизирования окружающего мира природы.
Указание года изготовления прялки или ее росписи („крашения") на памятниках из Коневской волости встречается часто и является одной из их характерных особенностей, так же как и надпись с именем владелицы. Точные датировки позволяют выстроить определенную линию развития декора коневских прялок, которая совпадает с общей тенденцией изменения в украшении бытовой крестьянской вещи — от резьбы к росписи. Как правило, более ранние образцы коллекции демонстрируют вспомогательную функцию, которая отводится росписи в общей схеме декора. Постепенно это положение меняется. Раскраска и роспись на коневских прялках не только дополняют, но и уравновешивают резьбу, работая на создание общего стилевого впечатления.

Единство резьбы и росписи по дереву в Каргопольском крае с наибольшей полнотой раскрывается в убранстве прялок с реки Волошки и Кенозера. Здесь проявляется дар конструктивного мышления мастера. При раскраске волошских прялок он мыслил как монументалист, в полном согласии с резчиком, выделяя наиболее значимые элементы крупных форм орнамента. Раскрашивая кенозерские прялки с их богатством мелкоузорных мотивов, мастер членил орнаментальную ткань резьбы на сгармонированные цветовые поля...
. На прялке из деревни Авдотьино Коневской волости с датой на обороте — 1897 год — резные полурозетки-фестоны дополняются живописными кистями, что создает иллюзию провисших драпировок, а деликатная цветочная роспись в центре лопасти оставляет достаточно свободного поля вокруг букета-гирлянды, чтобы не потерять влияние „большого стиля", которое получило в это время широкое распространение в крестьянском и провинциальном быту.

В начале XX столетия резьба на коневских прялках занимает все меньше места в украшении вещи, почти неизменными остаются резные круглые городки, фигурная ножка и часто — сережки. Основную же роль играет цветочная роспись, которая в этой местности приобретает ярко выраженное своеобразие, благодаря творчеству круга мастеров, создающих различные по сложности композиции с многолепестковыми цветами, написанными в полихромной гамме, с множеством светлых оживок, с точечной обводкой, часто на темно-зеленом излюбленном фоне, рождающих впечатление настоящего цветочного фейерверка или разноцветного ситца.

Прялки слева направо:
1. Кенозеро, XIX век
2. Дер. Плесо, Коневская волость. 1910 г. Мастер С.Я.Тараканов (обратная сторона)
3. Коневская волость. 1902 г. Мастер Н.И.Тараканов

К мастерам этого круга относятся братья Таракановы из Малого Конева. Известно, что они расписывали не только прялки, но и дома, работали как в своей волости, так и на Кенозере и в других местах.
Надписи на оборотной стороне коневских прялок, сделанные аккуратно и без ошибок, вошли и закрепились в общей традиционной схеме декора в этой местности. Разные даты, авторские манеры, а также отличные друг от друга варианты „шрифта" или почерка, наблюдаемые на большом количестве вещей, свидетельствуют, что это не было привычкой одного художника — надпись, вероятно, делалась по просьбе заказчика. Грамотность и искусство письма, иногда имитирующее печать или трафаретное написание, указывают на возможные контакты местных художников с городскими мастерскими, например, по изготовлению вывесок. Известно, что некоторые из народных живописцев Заонежья (территориально принадлежащего в XIX — начале XX века, как и Каргопольский уезд, к Олонецкой губернии) учились в вывесочной мастерской Волкова в Петербурге. О селах Коневской волости на реке Онеге: они были известны „в прошлом старообрядческими общежитиями, искусством переписки книг, иконописью и резьбой киотов...", их жители „в XIX веке занялись отходными промыслами в Петербурге, Архангельске и других городах, они держали также извоз на Вологду и в Поморье"(Н.В.Мальцев).

В связи с отмеченными влияниями и контактами каргопольских крестьянских мастеров с городской культурой уместно обратить внимание на привезенные экспедицией ГРМ в 1964 году из Каргопольского района две прялки, выделяющиеся из общего круга. Одна из них, наиболее показательная с точки зрения интересующих нас особенностей происхождения, приобретена в деревне Надконецкая Коневской волости. Это корневая прялка с широкой прямоугольной лопастью. Наверху и внизу лопасти сохранились фрагменты резных волютообразных мотивов, выкрашенных „золотой" краской. Сама прялка окрашена в темно-зеленый цвет. В центре на лицевой стороне лопасти в круге на белом фоне написан цветочный букет в несколько плоскостной манере, отличной от других каргопольских памятников с росписью. Этот живописный декор с особой цветовой гаммой указывает на явные художественные заимствования с вещей другого происхождения — петербургских прялок-„золоченок". Хотя форма рассматриваемых прялок не имеет ничего общего с последними, за исключением переклички волютообразных мотивов. Местными каргопольскими вкусами, вероятно, объясняется и выбор зеленого цвета лопасти, столь любимого местными художниками и заказчиками. Возникновение подобных редких экземпляров связано с появлением здесь, вдали от столицы, мастеров или мастера, близко знакомого со вкусами и модой жителей Петербургской губернии в начале XX века.

Кенозерские — другая группа каргопольских прялок, обладающих особой системой декора. В своем развитии они также повторяют общую распространенную тенденцию постепенной трансформации или замены резьбы росписью. Живопись на кенозер-ских прялках выполнена также в свободной кистевой манере, но отличной от коневских прялок. Мазки у кенозерских художников более сочные и густые. Часто встречается прием, распространенный в домовых росписях, когда на кисть берется сразу две краски, причем вторая, дополняющая краска, как правило белая, придает особую объемность растительным мотивам, среди которых тюльпаны и розы в особом ракурсе, в бутонах и распустившиеся. Часто встречается мотив плода-ягоды или так называемого „яблочко", объемного, проработанного одним-двумя мазками. Известно, что он был характерен для даниловских мастеров из Выговского раскольничьего общежительства, существовавшего с начала XVIII до 50-х годов XIX века и оказавшего большое влияние на народную декоративную живопись Севера

Еще о кенозерских прялках

. Содержание крестьянской живописи Каргополья почти не выходит за рамки обычного набора растительных мотивов, неизвестно изображение человека, очень редко встречается изображение птицы. В коллекции ГРМ хранятся две прялки со львом на обороте. Они расписаны в 1902 году и почти не имеют резного декора, за исключением городков, сережек и фигурной ножки. На лицевой стороне лопасти все поле занимает живописный цветочный букет с виноградом в ложчатом вазоне. Подобная крупная, почти монументальная цветочная роспись играет первостепенную роль в украшении каргопольских прялок к началу XX века, ее истоки обнаруживаются в творчестве художников, расписывающих подобными букетами интерьеры и фасады домов.
О существовании подобной практики в Каргополье известно из материалов экспедиций ГРМ и ГИМ. Сохранились имена мастеров, расписывавших прялки: Новожилов, братья Таракановы, Ф. С. Боровский (писал и иконы), И. О. Клишин, П. И. Черепанов... Известно, что среди них были и те, кто украшал живописью дома.

Ивану Трофимову принадлежит авторство двух хранящихся в ГРМ фрагментов домовых росписей с изображениями львов, датируемых 1876 годом и привезенных из деревни Заовражная (Кенозерская волость) экспедицией ГРМ в 1964 году. Это два различных по размерам панно (78 х 66 и 95 х 112), вырезанные, вероятно, из единого живописного ансамбля дома. Об этом говорит и дата, сохранившаяся в инвентарных документах, и авторство одного художника, и единая колористическая гамма (в первую очередь — голубой цвет фона).


Деталь домовой росписи. 1876 г.
Дер. Заовражная, Кенозерская волость. Мастер Иван Трофимов

Изображения львов традиционны: с обращенной назад головой, воинственно раскрытой пастью, с густой многоярусной гривой, проработанной черными мазками — полукружьями. Такой зверь на двери или над входом в крестьянский дом был почитаем за свою охранительную функцию не только в Каргополье, но и в других местностях: от Урала и Вятки до Костромской губернии и Севера России.
Рассматриваемая живопись, вероятно, украшала не дверь, а внутреннюю стенку или простенок в избе и изначально задумывалась как панно со специально написанной фестончатой рамкой. Цветочная гирлянда с красно-белыми цветами и черными листьями, дополняющая изображение зверя, усиливает декоративный эффект картины, написанной прямо на стене, и „выдает" местные пристрастия к цветочной росписи, выполненной или каргопольским, или пришлым мастером Иваном Трофимовым.

Творчество местных мастеров не ограничивалось только резьбой и росписью. В музейных собраниях хранятся также каргопольские корзинки, плетеные из луба. Их своеобразная конструкция создает традиционную узнаваемую форму. Кубическая в основе, со сглаженными углами, она выплеталась из полос луба по диагонали в „шахматном" порядке. По верхнему краю корзинки накладывался зубчатый бордюр, закрепленный прутиком по верху, перекидывалась витая ручка. „Шашечки" плетения мастера раскрашивали и поверху наносили дополнительный узор кистью.

Корзинки. 1918 г.
Дер. Русаново, Усачевская волость.

Среди подобных музейных экспонатов две корзинки из коллекции Русского музея представляют особый интерес. Разных размеров, сплетенные по традиционному образцу, они предназначались для двух разных женщин: та, что побольше -„почтенной девице Татьяне Андреевне Богдановой", маленькая — „5-летней отроце Александре Ивановне Кобелевой". Создавший эти вещи в 1918 году мастер снабдил их надписями.. В обрамлении скромных растительных мотивов — завитков тонкой кистью он „оплел" „бурачек" вязью письма по верхнему краю. В своей работе, где уже изначально создание вещи создает ее декор, он проявил себя как тонкий колорист, нашедший празднично-радостное, но не крикливое сочетание цветов в раскраске „шашек" плетения: розового и красного, синего и зеленого с желтым. В центре каждого раскрашенного квадрата тонко и аккуратно он вписал двухцветную условно-декоративную лепестковую розетку. Он только не оставил своего имени на вещах, сделанных в подарок или на заказ, но с большой любовью и талантом.

Резьба и роспись по дереву в Каргопольском краю достигли наивысшего расцвета в украшении домов и предметов домашнего обихода в XIX веке. Свой талант с наибольшей полнотой мастера могли проявить при изготовлении и украшении прялок, чрезвычайно востребованных в повседневной трудовой жизни крестьянки. И в собрании народного искусства Каргополья среди деревянных изделий главенствуют прялки, резные и расписные. Многие из них можно считать шедеврами их создателей — каргопольских крестьян.

( с небольшими сокращениями)