Ф.К.Докучаев-Басков

КАРГОПОЛЬ 
(беглый очерк)

Когда родился Каргополь в точности неизвестно, так как он утратил все свои документы. Печатные же сведения о нем, как в истории, так и в других исторических документах, отрывочны и не только об основании его, даже о последующей его внутренней жизни говорят сравнительно мало. Основание его относится к ХI- ХII векам. Но и приводить печатные выдержки нет охоты. Скажу только, что, кроме предполагаемых документов, уничтоженных в свое время пожарами,  каргопольцы  имели еще обширную и довольно обстоятельную и рукописную историю своего города, которая по наследству переходила от рода к роду. Последним ее владельцем -  после некоей   старушки   Мясниковой - был местный богатый купец М.Урываев. Этой историей в свое время в городе очень интересовались, и многие читатели,   тем более, что Урываев, как человек богатый, имел большой круг знакомых..., ее возили даже в Петрозаводск к бывшему во время оно епископу Палладию. Книга была возвращена! Но затем Урываев умер! После его смерти была открыта аукционная продажа принадлежащих ему книг, которых было много. Налетели стаи скупщиков... и - история Каргополя, не к чести каргопольцев  исчезла без следа! 

Не так давно один москвич рассказывал нам, что какая-то “история Каргополя” имеется в Щукинских сокровищницах*.  Является мысль - не наша ли? - сплавленная скупщиками, которые так часто ездят в Москву.

(* Петр Иванович Щукин, московский купец, был  одним из самых известных в Москве коллекционеров русской старины.  Он отличался от других тем, что не только собирал, но и популяризировал собранные им сокровища - отсюда).

Поэтому, за неимением каких-либо новых исторических данных, оставляю всякое серьезное притязание затрагивать или решать те или иные исторические вопросы касательно города Каргополя.

* * *

Каргополь в промышленном отношении, особенно в своем настоящем, почти не имеет никакого значения. Но он имеет значение свое - особенное. Значение не в материальном отношении.
Каргополь это типичный древний город, о чем красноречиво говорят его многочисленные храмы древней архитектуры. Здесь   чувствуется  веяние и своеобразная мощь древней Руси. Своими храмами он несколько напоминает и повторяет картины, представляемые Москвой, Ярославлем, Угличем и другими древними городами. Это маленький, но цельный образчик древней Руси, живая страница истории! Здесь при взгляде на эти древние храмы, живыми встают в воображении их близкие современники и  древняя русская жизнь с ее внутренним содержанием и внешними проявлениями: древняя слава,   роскошь, древняя жестокость, прямота,   коварство, былые остроги, старинные цепи и, рядом с этим - самоотверженность  и святость! Когда-то  наша  олонецкая  земля была чужда внешних усовершенствований, но богата людьми совершенными! Не имела большой связи даже с тогдашней культурой, но имела связь с самим небом - в лице своих насельников из числа тех, “их же не бе достоин весь мир”, которые в пустынях скитались, в вертепах -  благоухая землю, и пылая святым огнем, возжигали другие, способные принять его души... Встают в воображении из темной дали веков их светлые образы!
 
- Кто же они такие? 
 
Войдите в любой храм - где живет еще их память, простойте одну лишь литию и вы услышите:…Молитвами святых отец наших: Александра Свирского, Александра  Ошевенского, Пахомия Кенского, Кирилла Челмогорского, Лазаря и Афанасия Муромских, Геннадия и Никифора  Важеозерских,  Ионны  Климецкого, Ионы  Яшезерского,  Корнилия  Палеостровского, Андриана  Ондрусовского, Афанасия Сяндемского  -  и прочих олонецких чудотворцев.

* * *

Приходских храмов в Каргополе в самом городе 16 (из этого числа два приписных); все они находятся на площадях - за исключением одного Крестовоздвиженского, занимающего угол квартала. Две площади - Соборная и Благовещенская содержат даже по четыре храма, двух различных приходов. Кроме приходских, есть один храм домовый - при духовном училище, а другой маленький - при тюрьме; оба с маленькими  колокольницами.  Затем имеется один храм на кладбище, а в противоположных концах города примыкают к нему еще два монастыря: женский - с юго-западной стороны и мужской -  с восточной; в монастырях три храма. Итого - всех храмов 22. Отдельных колоколен - З: одна соборная, одна Никольская и одна же в мужском монастыре - прочие находятся в связи с храмами... Всех же возвышающихся над городом церковных зданий до 23. Это придает городу с внешней стороны довольно привлекательный и божественно-величественный вид - особенно в некотором отдалении. Сидя где-нибудь, например, на Вытегорском тракте, версты за две, и глядя на этот город, полный белых ангелов-храмов, купающихся в роскошной зелени, и слушая “вечерний звон” колоколов -  хочется верить, то и люди-то в этом городе живут святые, божественные, ну, хотя благочестивые, гостеприимные, радушные, но, наверное, жестоко обманываются бедные богомольцы и проходимцы! 
С этого Вытегорского тракта (то есть с западной стороны) Каргополь чарует своей нежной зеленью в гармоничном сочетании с красивыми белыми формами своих старинных храмов. На первом плане выделяется отдельно стоящий женский монастырь, далее желтая Горская церковь с зеленым куполом и белыми колоннами; еще впереди - большой узорчатый храм Благовещения, рядом с которым приютились три меньших храма, туг целый куст глав! Вот выглянуло солнце и будто нарочно бросило сноп лучей сначала только на эту семью церквей, и - на темном фоне уходящей вдаль тучи вмиг ярко забелели до 25-ти крестов - точно восковые свечи на люстрах. Все прихорошилось, приняв яркие очертания, даже дорога украсилась разноцветными огнями малюток цветов. Но торжествующе и осеняюще царит над городом, конечно, все та же - стоящая среди него - соборная исполин-колокольня, с подступившими к ней с двух сторон крупными фигурами самых больших храмов - Христорождественского и Предтеченского, далее выступают храмы  Св. Духа и некоторые части Троицкого, Воскресенского и других, находящихся за постройками. При приближении к городу на левой стороне дороги, окруженной белой оградой, шумит “вечную память” густой хвойный кладбищенский лес, из зеленой среды которого ярко выделяется красивый храм новой архитектуры. 
Чуден Каргополь и тогда, когда вы смотрите на него и из-за реки - хотя, например, с северной стороны - от Спасского монастыря, и - особенно в минутное затишье - перед грозой, когда с запада поднимается густая темная туча -  чуть не касаясь шпиля могутной колокольни, а случайные лучи солнца сквозь прорывы облаков яркими тонкими снопами и широкими откосами спускаются на благословенный город, когда в широкой Онеге ярко отражаются стены мощных соборов, приходских храмов и группы нежащей зелени. Смотря на эту картину, вам чудится какая-то бессловесная, волшебная, таинственная песнь о красоте и мощи!
Очарователен Каргополь при приближении к нему из устья озера Лаче, красив он и с Пойской проселочной дороги - довольно возвышенного места.

Затем, хотя в Каргополе и нет особенно больших колоколов (самый большой соборный всего 118 п[удов] 30 ф[унтов].), но при множестве колоколов хорош здесь и “вечерний звон”, особенно в некотором отдалении, когда никакой отдельный более близкий звон не покрывает других, а все они в полной раздельности и неприкосновенности и с одинаковым изяществом достигают до вашего слуха, передаваясь со всей отличительной характерностью каждого колокола. Гудят они  переливаясь - одни гулко, полным силы мощным голосом, другие - с оттенком хриплости, дребезжания или какой-то деревянной беззвучности, низкие тона вперемежку с высокими, И своему человеку - все звуки знакомые, все голоса родные! Тут и Пятница, и Никола, и Горка, и Дух, и Собор, и Воскресенье и прочее говорят своими отдельными языками до тех пор, пока не сольются в неразбериху трезвона….

* * *

Да!.. Гудят каргопольские колокола, призывая молиться! 
Гудят они целодневно в великие праздники, приглашая радоваться ему с трепетом. 
Гудят они в Царские дни!  Гудят они тревожащим душу набатом - собирая людей…

I

 Город Каргополь расположен вдоль реки Онеги, на левом ее берегу длина его около двух верст, ширина близ одной... Но, чтобы кончить в только что заданном тоне, сделаем сначала самый краткий и спешный обзор его храмов - и даже по ряду причин взглянем только на то, что обычно видимо всякому более или менее внимательному богомольцу. 

Южная часть города... Успенский женский монастырь; он довольно люден, окружен каменной стеной, внутри которой много построек и порядочно зелени; церковь каменная, и хотя двухэтажная, невысока, но стоит на холме, что ее много подымает над оградой и семьей построек, внутри храмов довольно порядочно, хотя, конечно, и нет той стильности и яркости, какая часто встречается в новопостроенных храмах с новыми иконостасами.  В совокупности со стеной храм-колокольня, своеобразно красивая по своей внешней форме: несколько издалека она представляет из себя как бы четыре кубика, сложенные друг на друга - в самом нижнем и большом прорезаны ворота; во втором, несколько меньшем - храм; в третьем - еще меньшем, в пролетах висят колокола; и на четвертом - самом маленьком - за перильцами поставлен шпиль. 
С восточной, городской стороны, к монастырю прилетает его зеленое кладбище. На берегу, рядом с монастырем, часовня - с родником, выкопанным руками жившего здесь во время оно “пустынника Иоанна Волосатого” (В просторечии это место называется одним словом - “Волосато”).  Далее на юг, в полуверсте от монастыря - на берегу же нечто вроде пустыньки: часовня с почитаемым распятием и водяная мельница - при них келья. На реке, против этого места, находится принадлежащий городу остров - на нем деревянная часовня. 

* * *

Предместье “Горка”. 
Церковь Зосимы и Савватия,
1819 г.
Зосимо-Савватиевский храм - с куполом наверху, окрашен желтой охрой, - с трех сторон по четыре белых колонныПервая теплая половина этого храма довольно тесна и разделена на два этажа, в которых по два престола; второе летнее помещение под куполом - не разделено на этажи, гораздо вместительнее и имеет один  престол. Внутри этого храма довольно хорошо. Иконостас прекрасной живописи в итальянском стиле, притом святые изображения написаны по образцам знаменитостей, например: Воскресение, венчающее иконостас, с картины Караваджио; “Коронование Богоматери” (в алтаре) с Рубенса; Архистратиг Михаил (на северной стене) - с Рафаэля и так далее. 
Прихожане этого храма - крестьяне соседней “Пойги”. 

Горка имеет всего десятка три домов, расположенных большею частью вдоль берега, лицевой стороной на реку и усадебными огородами к храму, по западную сторону храма, за дорогой, только два дома, один громадный - причтовый, и другой - монастырский. 
Это предместье отделяется от города довольно широкой и болотистой ложбиной, посередине которой протекает ручей. 

Описанный храм считается здесь самым богатым, так как он имеет данные на владение громадной лесной дачей. 

* * *

Площадь, содержащая два прихода - Благовещенский и Владимирский: 
1) БлаговещенскийЛетний Благовещенский храм очень высок, двухэтажный, пятиглавый (в три ряда окон весь), из плиты, шестипрестольный; главные престолы: вверху - Благовещения, внизу - Петра и Павла. 
Благовещенская церковь
1692 г.
С внешней стороны этот храм очень красив своими затейливыми выпуклыми узорами, то унизывающими окна, то расположенными на алтарной стене в виде каких-то развешанных над окнами канатов самой причудливой формы. (Этот храм, как и другие старинные, всегда бывает целью для фотографических аппаратов приезжающих сюда нередко любителей старины, членов каких-либо обществ и комиссий)... Внутри нижнего этажа на беглый взгляд ничего особенного и привлекательного нет: на паперти ветхие, (оперхавшие-?)  иконы.  Мелкие собраны в особые рамки - некоторые из больших - это просто бывшие пономарские двери, должно быть видящие уже не первый храм; иконостас среднего придела нового письма, но в боковых приделах опять седая старина... 

Церковь Николая
Чудотворца, 1741 г.
В верхнем этаже величественнее: высоко - широко! Кроме нескольких старинных, оригинальных икон -  на стенах и двух колоннах, - замечательны здесь резные царские двери со сквозными окошечками и фигурками Благовещения и евангелистов. Над дверьми резная же фигура Бога Саваофа, испускающего Св. Духа. В алтаре, над престолом - резное подобие балдахина. 
Другой теплый храм этого прихода небольшой, простой архитектуры, во имя св. Николая. 

Отдельно стоящая колокольня - деревянная, шатровая, шитая тесом и окрашена голубою краскою (не сохранился - М.З.).

2) Владимирский приход  на той же площади, на несколько десятков сажен северо-восточнее. 

Церковь Рождества
Богородицы, 1680 г.
Теплый храм во имя Рождества Богородицы - с внешней стороны - это красивая игрушка! Храм в форме креста, одноэтажный - с различно размещенными окнами - семиглавый, с примыкающей к нему колокольней; -  колоколенка, храм и его окошечки испещрены и унизаны различного рода оторочками, зарубинками и каемками, но внутри его не особенно привлекательно и удобно: при входе - под низкими сводами темно, широко, так как по бокам приделы, посреди узкий проход в передний храм, более светлый и высокий.  
Церковь Владимирской
Богоматери, 1653 г.
И, если сумрак иногда приятен, то приходится мириться еще кой с чем. Лики икон мрачны и за небольшими исключениями однообразны. 
Летний Владимирский храм деревянный, пятиглавый, внутри светло, своды потолка расписаны, имеется резная статуя Николая Чудотворца и много различных мелких икон (не сохранился - М.З.)

* * *

Базарная площадь. Приходы: Соборный и Предтеченский: 
Христорождественский
собор, 1562 г.
1) Соборный 
холодный  Христорождественский  храм (постройка времени Грозного). Это подлинный и характерный тип древней Руси. Он окружен каменными опорами и хотя через это несколько проигрывает, но и в таком виде резко выделяется своей типичностью - как по внутреннему устройству приделов, так и по внешней стильности в нем сказывается особый размах. Стены его местами также играют рельефными узорами, которые учащаются на добавочно устроенных боковых прицелах. Окна различной формы - то узкие прорези, то нормальной ширины, а на приделах короткие полукруглые, унизанные ободками. Наверху пять больших глав репчатой формы, две малых на приделах. С северной стороны пристроено крытое крыльцо (род галереи), с южной устроена на - под ней могила ктиторши. Устройство входного крыльца также гармонирует с общей картиной собора. Хотелось бы лишь видеть на нем еще воина с алебардой или боярина в высокой шапке.

Этот собор двухэтажный. Он, по-видимому, много осел, так как нижние его окна граничат с земной поверхностью... В нижнем этаже давно запущено и не служится. В верхнем этаже - где и отправляется летом служба, довольно хорошо и вместительно, - хотя, собственно, ничего яркого, бросающегося в глаза - нет.

Здесь, как и во всем старом, сероватом, чтоб дать оценку - нужно присмотреться, так как, кроме некоторой своеобразности, многое слиняло, потемнело, приняло другой вид... Царские врата представляют сплошную резьбу листочков, тою же резьбою отличаются некоторые разделы между иконы - наподобие вьющегося в виде хмеля винограда; внутри храма четыре столба, по углам которых, поверх иконостасов поставлены резные фигуры ангелов в различных позах (по четыре фигуры на каждом столбе), они довольно хороши, но у некоторых из фигур утрачены бывшие в руках мечи, и распростертые их руки остались с неизвестно для чего зажатыми пальцами; фигуры ангелов имеются также и над царскими вратами - внутри алтаря над престолом - резное подобие балдахина... Престолов в храме пять: царские врата первых двух боковых прицелов выглядят из глуби главного иконостаса в пономарские двери; два других крайних добавочных придела выходят из границ общих стен - для входа в эти отдельные коробочки имеются в стенах особые двери. Эти двери не строганы никаким подобием нынешних фуганов, а лишь отесаны топором - на что указывает, как на лишнее доказательство их древности. 

Под панелью иконостаса и столбов разрисованы различные изображения, как-то: легенды из жизни Богоматери, или картины из жизни Спасителя, а также иллюстрации к его притчам, из последних особенно характерна одна, по своей буквальности на текст о бревне в своем глазе. Это изображение находится в правом углу иконостаса: написаны две мужские фигуры, сильно жестикулирующие -  один из беседующих изображен сидящим справа, другой в стоячем положении -  слева, против лица этого последнего изображено бревно в горизонтальном положении -  своим заостренным, наподобие карандаша, концом касающееся его глаза; у глаза же сидящего лица прицеплена какая-то маленькая фигурка извилистой формы, предназначенная быть суком, выше, между этими лицами приведен евангельский текст. 

Икон в ризах немного, да и те обложены в старину, что доказывают надписи. На южной стене бросается в глаза масса старых мелких образов различных святых и событий, здесь они собраны в особый иконостас. 

Но главная замечательность и святыня собора есть чудотворный образ Казанской иконы Божией Матери. В летнем храме он помещается на втором левом столбе, а в зимнем -  в иконостасе придела.  Привлекающе выглядит этот маленький образ Богоматери в белой жемчужной ризе, и около него всегда толпятся почитатели и кладут свои земные поклоны. 
По словам старых людей, в этом летнем соборе прежними протопопами - Яжелбицким и Нечаевым -  совершалась служба в храмовой праздник Рождества Христова. 

Зимний Введенский храм стоит левее летнего, он одноглавый, каменный - простой архитектуры и несравненно более поздней постройки, недалеко от его алтаря стоит колосс-колокольня. Колокольня строена после пожара в царствование Екатерины II на отпущенные ею казенные средства. 
Слева - Введенский храм, 1811
и колокольня 1778 г.
При 25-ти саженной высоте она еще красива по своей форме - три яруса больших пролетов сообщают ей некоторую воздушность, хотя в общем она довольно грандиозна и тяжела, под колокольней проходы на все четыре стороны, так как первые пролеты на земле - и она как бы стоит на четырех ногах, четыре ее угла второго - среднего яруса украшены парами колонн, а в основаниях всех трех ярусов стоят еще каменные фигурки, напоминающие по форме цифру 8 - с шаром вверху и подножкой - колокольню венчает купол, шпиль и золоченый крест; все четыре ее стороны украшены резными херувимами, - а над нижним пролетом северо-западной стороны повешен еще овальный зеленый щит с белым вензелем “Е.II” Этою стороной колокольня обращена на широкую Петербургскую улицу (идущую поперек города). С хвоста этой улицы вид на колокольню хорош, она, как громадный часовой, и первый встречный стоит впереди, посреди ее - и кажется, образует тупик, замыкая собой улицу.

 Горизонт с этой колокольни открывается широкий -  виднеются отдаленные погосты. Некоторые мальчишки и любители, для обозрения, лазят еще по стропилам, находящимся в куполе колокольни, в самый ее шпиль, в котором есть на северо-западную сторону окно. Поминая всех святых - когда-то лазил туда и я, путешествие продолжительностное и частью рискованное, многие из покушающихся при первой же попытке обращаются вспять, но, впрочем, есть и такие, которые, показывая свою храбрость, приплясывают там, в темной высоте - на хлябающих, кое-где расставленных захватках, - где в самой средине купола смеется узкая светлая щель. Колокольня обслуживает оба рядом стоящие прихода. 

Церковь Иоанна
Предтечи, 1751 г.
2) Предтеченский приходопять два храма - на той же Базарной площади, несколько впереди на северо-восток соборного... Эти храмы самой простой архитектуры, но летний Предтеченский очень высок - в три ряда окон, одноэтажный - главы двойные, что еще более его возвышает (построен в 1751 году); другой храм ниже, двухэтажный (верх холодный). Из достопримечательностей бросается в глаза
- во-первых, большое резное распятие, затем, в верхнем этаже теплого храма -  древняя гробница для плащаницы, она в виде простого, продолговатого,  четырехугольного  ящика - на стенках наведены маленькие рисунки. В алтаре находятся излишние царские двери - подлинное подобие резных дверей Благовещенского храма, здесь они стоят прислоненными к стене - заменяя иконы. Множество ветхих образов. 

* * *

Крестовоздвиженский храм - угол Воскресенской и Благовещенской улицы - приписан к собору, простой архитектуры. В верхнем этаже многое подновлено - внизу исключительно дышит старина. Некоторые из икон, например, Казанская икона Божией Матери - поражает своей блестящей глянцевитой поверхностью, несмотря на свою древность. 
Вокруг храма густая зелень, обнесенная оградой (не сохранился - М.З.)

* * *

Воскресенский
собор, кон. XVII в.
Воскресенский приход. Летний храм высокий - в два ряда окон - одноэтажный, по внешности - один из красивых: стены его, и особенно окна, также унизаны изысканными рельефными узорами; от его тяжелой своеобразной фигуры веет седой стариной, год постройки утерян, но во всяком случае он не моложе Христорождественского собора. Стены его наверху окончены овалами -  по три дуги поперек и по четыре - вдоль храма, поэтому крыша его своеобразна и низка; на ней пять громаднейших глав репчатой формы. На западной стене храма довольно давно образовалась видная трещина, которая все распространяется. Внутри довольно хорошо — иконостас по характеру письма тот же, что и в некоторых других летних храмах, например, Соборном, Предтеченском, Св. Духовском, но здесь он более ярок, выразителен и выглядит как бы новее. Царские врата и некоторые части иконостаса выдаются искусной резьбой, виднеются еще резные херувимы. В особой киоти имеется почитаемая икона Божией Матери, и где-то находится резная статуя Николая Чудотворца. 

Зимний храм низкий, простой архитектуры; в связи с ним низкая же колоколъня, на которой несколько тяжелых колоколов, отличающихся особым не гармоничным звуком без тембра, напоминающим звук от ударов сухих бревен (не сохранился - М.З.)

* * *

Спасский храм или
ц.Спаса на валу, 1662 г.
Городок. Спасский храм. Этот храм с небольшой площадью и группой  домишек  окружен с трех сторон земляным валом, четвертая сторона квадрата составляет берег реки. Это место древнего острога-крепости, прозываемое ныне Городком. Храм находится у отдаленного от реки продольного вала. Он деревянный, шитый тесом (строился в 1662 году) - потомок существовавших здесь ранее храмов - не так давно подновлен; с внешней стороны красив - внутри уютен, имеется чудотворная икона Нерукотворенного образа... Из других более или менее замечательных изображений, можем указать изображение мученика Христофора - с собачьей головой. Имеется еще образ с исторической надписью... 

Троицкая церковь, 1802
перестроена после пожара
1878 г.
Рядом с валом, на север, большая площадь, на ней куполообразный  храм Св. Троицы,  новой архитектуры - двухэтажный, вверху много света - иконостас новый, блестящий... Внизу иконы темные, должно быть частью составлявшие украшение прежнего храма... Вокруг храма деревянная ограда, в которой зеленеют пока еще жидкие деревья. 
Далее на северо-восток куча домов под
названием “Винный круг”, за которым на холме, вне черты города, белеет деревянная Вознесенская часовня - этот холм есть в то же время могила литовцев, поляков и прочих, осаждавших во время оно острог. Место, где зарыты кости, никаким отдельным холмиком не обозначено, а просто в землю вкопан крест, который также подгнил и лежит прислоненный к перилам. 

Обратимся на минуту к оставшемуся Св. Духовскому приходу, находящемуся в северо-западной части города: два храма в деревянной ограде на тесной площади - рядом с больницами. Внутри ограды высокие деревья, которые летом почти закрывают собою вид на высокий летний храм. Храмов два - сравнительно новой архитектуры, пятиглавые, одноэтажные, зимний невысок. Внутри бросается в глаза потемневшая фигура статуи Николая Чудотворца. Под иконостасом одного из храмов изображения “сивилл”.

* * *

Кладбищенский храм красив, новой архитектуры и, как новый, внутри ничего замечательного не имеет.

* * *

Наконец, Спасский мужской монастырь находится в восточной части города и одиноко стоит на противоположном - правом берегу реки Онеги, против “Винного круга”. К нему перекинут сплавной мост; от этого монастыря берет начало тракт, ведущий на станцию «Няндома», -  место, где то и дело бренчат колокольчики, развлекая однообразные мысли немногочисленных монахов

* * *

Но город Каргополь богат не одними только храмами, он не менее, а даже более, богат магазинами, лавками и лавочками. Каргополь - это исстари мир купцов и попов!

II

…Жителей в  Каргополе  считается около трех  тысяч. Улицы города  прямые, сплошь застроенные; над ними из обывательских усадеб приспустились густыми навесами большие ветви вековых берез, простирающихся в некоторых местах на довольно большом пространстве, и даже с обеих сторон улиц, - кажется, деревья хотят дотянуться друг до друга и пожать руки - все это память древних каргопольцев. Летом деревья дарят ароматом, зимою также скрашивают улицы - одеваясь пухом снеговых кристаллов, принимая торжественный вид. Деревья видны по всем улицам, но особенно много их по Екатерининской и Потанихе. 
Из старых насаждений количественное преимущество берут березы, затем черемуха, рябина, калина; есть два-три чисто липовых сада, это последнее дерево встречается во многих усадьбах, но только как бы для разнообразия - в двух-трех экземплярах, часто внушительной высоты; старых лип мало, лиственниц также; последние в порядочном числе находятся только в частном же саду, на берегу реки. Зато новые насаждения более разнообразны: разрастаются привезенные из других мест тополя, липы, сирени, акации и другие. Но все сказанное относится более к частным владельцам, собственно общественного сада нет - если не считать десятков двух-трех жидких “заморских” удилищ, привезенных неизвестно откуда и рассаженных на соборной площади. Крохотный садик на берегу хотя и довольно разросся, но большая часть тополей обгрызена в зимнее время зайцами, и они погибли. Летом в нем находят уют различного рода “скитальцы”, располагаясь с стекляночкой  и соленым рыбничком. 

Городской берег реки Онеги не особенно привлекателен: он большею частью бывает завален различного рода лесом, засорен, а в местности, соприкасающейся с базаром, застроен различного рода амбарчиками, около которых всегда смрад извержений; только в предместьи “Горка” берег несколько чище, и дома обывателей обращены лицевой стороной на реку; кроме того, дно реки поблизости к берегу изобилует всякого рода торчащими из воды столбиками, свайками и кольями - как от мостиков - бывших купален, так и от других временных надобностей... весь этот лес штыков показывается из воды особенно во время осеннего обмеления воды. 

Берег на большом пространстве изобилует множеством родников, много их в черте города, но благоустроенных почти нет. 
Одна расчетливая особа (женского пола) как-то устроила над одним из родников деревянный сруб, поверх его крышку, дверцы которой предусмотрительно заключила замком, украсив их надписью: “кто желает пользоваться водой, тот должен внести на ремонт 30 копеек”! Но вот пошел лед, и этот ковчег, столкнутый льдинами, поплыл-поехал к Белому морю, на общий хохот ближайших жильцов, и к прискорбию предприимчивой особы. 

Кроме произвольных мест для прогулок, по примеру других городов, у каргопольской молодежи для этой цели существует и свое определенное место - так называемый “Невский”! Этот “Невский” состоит из четырех улиц различных названий, обнимающих собою два квартала; вдоль улицы - Благовещенская и Екатерининская, а поперек - Иванская и Воскресенская (между этими последними пропускается ул. Каменка). Гуляют преимущественно по ночам: летом - часов с 10 вечера и до 4-х утра; зимою прекращают около часа пополуночи. Здесь разговоры, взвизги, смех!
Процветает клуб - в святочное время по вечерам расходится по 500 билетов. Ревут в нем и “трубы иерихонские” - не очень хорошо, но зато “здорово”! 
Существует еще читальня  с биллиардом - попечительства о трезвости, и затем несколько пивных и грязных чайных дополняют список “общественных мест”. Земская библиотека обслуживает только своих. 
Ютится еще духовно-просветительная библиотека  Александро-Свирского  Братства, но знающих о ее существований можно, кажется, счесть по пальцам. 

Из школ в городе для мальчиков четыре: приходское училище, церковная школа, высшее начальное (бывшее городское) и духовное; женских - три: церковно-приходская школа в женском монастыре, начальное и прогимназия.

Каменных зданий в городе немногим более десятка, хотя в числе их есть довольно большие. 
Магазинов, лавок и лавочек - если включить и гостиннодворские, то в общем числе наберется до 25 или даже более. Следовательно, должна существовать некоторая конкуренция. Но привлечь покупателя всегда зависит, конечно, от торговца, что и оправдывается на самом деле: иной купец, вечно скучая, сидит один в своей лавке, как бы в роли сторожа своего товара, тогда как, наоборот, другая лавка торгует весьма бойко. 

Относительно лавок здесь большой выбор бедному люду, своеобразно оценивающему кувцов и приказчиков. Покупая по мелочам различные предметы, они твердо помнят - где свесят “с большим походом” или где сверх мерочки “деревянного масла” - еще “надольют” хотя капельку! Где четверть фунта “маленькая”, и где та же четверть “большая”. Обращается внимание также и на отношение.

Касательно отцов и дедов многих купцов, начала их торговли - корня богатства, старые люди любят рассказывать различные темные истории, подобные же вещи распространяются и о некоторых состоятельных мещанах.
Мелкие торговцы распространяют товар, забираемый у местных же более крупных торговцев.
Кроме мануфактурных, бакалейных, кожевенных и других лавок, есть еще несколько рыбных, ряд мясных - и под одной крышей с последними - ряд кожевенных, крестьянских, открываемых лишь в базарные дни. Вблизи их приютившись сидят - как улитки в раковинах - в маленьких шкапиках торговцы печеным хлебом.
Эти последние лавки, как и гостиный двор, находятся вблизи берега на Базарной площади.

Гостиный двор
Гостиный двор по плану представляет из себя род угловатой скобы, лицевым фасадом на северо-запад; здание каменное, довольно древнее, лавки окружены Крытой галереей - ряд каменных арок поддерживает ее потолок и крышу всего гостиного двора. На галерее в базарные дни всегда бесцельно толкается деревенская молодежь, “огалу” сколько угодно!

Существующие здесь по понедельникам базары установились давным давно и имеют свое историческое происхождение - исключение составляет один чистый понедельник, когда базарная площадь пуста.
На базар съезжаются крестьяне соседних волостей, бесконечно с тем же товаром - располагаясь рядами по раз и навсегда установленным местам.
Из гончарных изделий местной работы можно видеть различную черную посуду, как-то: горшки различных величин, крышки к ним, латки, кринки, масляники, кадиленки, цветочники и так далее. Из горшков особенно ценятся андомские (из тамошней глины) - по своей прочности, но привозятся очень редко. Из той же черной глины лепятся различного рода игрушки, неизменно бывающие на базаре: лошадки - на воле, в упряжи и с верховым; солдатики, куры, фигуры баб (эти последние фигуры скорее напоминают собою изделия людей каменного века), “Утушки” для свистания и наигрывания (эта детская свистулька имеет за собой порядочную давность, черепки ее находятся даже при разработке давным давно нетронутой почвы). В последнее время сбыт на эти игрушки пал, и производство их уменьшается.

Зимою на базаре появляются местной же работы: санники, сани, дровни, чунки, санки. Летом - телеги, колеса, оси, дуги. Из деревянных изделий бывают: коробки, ушаты, ведра, лохани, судомойки, шайки, корыта, совки, лопаты, чашки, тарелки, поваренки, ложки. В Великом посту из этого рода изделий привозятся еще сундуки и разного рода мебель крестьянской же работы.

Изделия из сосновой драни: коробы, полубурачья, бураки. Изделия из бересты: лапти, и так называемые порочки (посуда цилиндрической формы с деревянным дном и деревянной же крышкой - в последнюю вделывается дуга, захватка).
Часто можно видеть холст, пестрядь и пояски работы крестьянок, затем пеньку и лен.
Изредка появляются медные литые складни, кресты, образки - работы недальнего крестьянина.

Железные изделия разнообразны, но особенного внимания заслуживают, кажется, только ножи, выковываемые из бывших в употреблении стальных рашпилей и напилков, хотя они и не отличаются отделкой, но зато бывают остры и крепки.
Почти все из привозимых изделий - работа более или менее отдаленных от города волостей. И только из одной близкой, Павловской волости, привозится в Великом посту масса негашеной извести.

Из предметов продовольствия в мясном ряду, кроме вышеупомянутых лавок - особенно зимою - тянутся туши мяса для гуртовой продажи; в рыбном ряду различного рода рыба.
Возы с хлебом - как зерновым, также и мукой устанавливаются вблизи храмов, рядом с которым в Великом посту появляются еще различные овощи: редька, брюква, картофель, лук, квашеная капуста, пареная брюква, которую бабы-торговки любят смаковать; та же брюква и частью репа в сушеном виде, сушеные и соленые грибы (первые так называемые обабки).

Кроме упомянутых предметов местного производства, продаются барышниками и предметы повсеместной торговли: фаянсовая и зерная глазированная посуда - также стеклянная, иконы, картины, замки и тому подобная всевозможная мелочь. Стоят и завсегдатаи с лакомствами - среди последних, конечно, и орехи - испытавшие во время летних и зимних торгов и кочевок различного рода температуру, и которые, вместо продажи, следовало бы вываливать вон.
Торгуют также платьем и шапками, как новыми, так и старьем.

Наконец, на базаре часто красуется разнородный брак - как-то: железный хлам, истрепанные книги, жестяные банки из-под гарного масла и тому подобная дрянь.

Самый многолюдный из понедельников - это понедельник 2-й недели Великого поста, так называемый 1-й сбор, затем - второй сбор, то есть 3-й понедельник, и еще, пожалуй - третий сбор; к этому времени приурочена здесь зимняя ярмарка - захватывающая два первых сбора, или - длящаяся 8 дней, хотя стечение народа все же ограничивается одними понедельниками, и приезжие балаганщики все промежуточное между ними время или “торгуют проходным ветром” или снимаются. В эти же “сборы”, и особенно в “первый” - пригоняется масса лошадей на особую площадь - “конную”, где происходит продажа, купля и даже мена с неизбежными цыганами. Шум, гам невообразимый!...
 
Летняя ярмарка в Каргополе - это “Иванов день”,  но она по стечению народа далеко уступает “первому сбору”, да и народ, в виду наступающей сенокосной горячки, старается быстрее сделать нужные закупки и убраться домой - часам к 5 вечера площадь бывает почти пуста. Предметы торговли в этот день преимущественно: косы, грабли, точилки, лапти, сушеная рыба и другие необходимые на предстоящей работе*…
Продолжение традиции.
Ярмарка в Каргополе. Июнь 2006 г.
Кроме понедельников и ярмарок, большое стечение крестьянского люда в городе бывает в дни гуляний, нередко связанных с церковными праздниками. Летом, например, день Св.Троицы и Св. Духа (во второй день производится и торг), - затем в монастырские праздники: - в монастырях мужском 6 августа - в день Преображения, женском 15 августа - в день Успения. Зимою крестьянский народовал бывает в дни катанья на лошадях вокруг нескольких городских кварталов: 2-го февраля - в праздник Сретения, и в три масляничных  дня: воскресенье, четверг и субботу; в прощеное воскресенье катаются одни горожане.

* * *

Относительно благосостояния жителей можно сказать, что в Каргополе хорошо живется только чиновникам, купцам, лицам духовного звания и вообще обеспеченным какой-либо службой. Мещане никаких основательных или хотя вспомогательных источников дохода не имеют - и пристроились, кто к чему досуж. Город окружен гумнами, это без слов говорит, что большая часть мещан занимается обработкой земли, - арендная плата на которую, вследствие соперничества обывателей за обладание теми или иными полями, в последнее время сильно возвысилась, - к земледелию прихватывают в свободное время еще какую-либо работу, требующую ту же лошадь, например, рубку дров, случайную перевозку клади и тому подобное; часто с земледелием связывается какое-либо мастерство или мелкая торговля, но мелкие торговцы и другие состоятельные люди - арендуя землю, обрабатывают ее уже исключительно наемным трудом.

Урожаи на унавоженной городской земле, сравнительно с крестьянскими - хороши, хотя и вообще Каргопольский уезд в губернии считается более хлебным.

Кроме мещан-землеробов, есть еще сравнительно небольшое число различного рода ремесленников, затем занимающих неважные местишки и должности. Своих детей мещане стараются устроить иначе: некоторые из бедных пользуются стипендиями со стороны земства, обучаясь в различных школах, хотя, положим, этими стипендиями иногда почему-то пользуются и люди, получающие тысячные оклады или хорошие доходы - в ущерб действительным беднякам…
Ругают железную дорогу, которая пройдя в отдалении, ничего не дала и все отняла. Прежде, до ее постройки шли-де через Каргополь обозы сельди, что постоялым дворам давало немалый доход, упоминают еще каких-то бурлаков, которые также не миновали Каргополя…
Вообще малым городам трудно ступать вверх по лестнице…Существенная связь с железной дорогой, хотя бы как с более усовершенствованным способом передвижения, конечно, желательная и особенно людям со средствами, но чтобы она подвинула благосостояние - это фантазия.

Примечания:
1. Текст очерка - из книги Ф.К.Докучаева-Баскова "Каргополь", Архангельск, 1996 г. - с небольшими сокращениями.
2. Автор очерка - Философ Карпович Докучаев-Басков - сын известного каргопольского краеведа К.А.Докучаева-Баскова, сотрудничал с Архангельским обществом изучения Русского Севера и был его членом-коррреспондентом. Очерк первоначально был опубликован в "Известиях" Общества в 1913 г.
3. Иллюстрации: черно-белые фото - из набора открыток "Каргополь в объективе фотографов XIX в."; цветные - из архива сайта.